Глава 1. Отличная карьера
Моя мама всегда говорила, что с дипломом биолога я буду сидеть без работы. Мама ошибалась. Я нашла работу почти сразу. Другой вопрос, что мама, узнав об этой работе, сказала, что лучше бы я сидела без работы.
Называлась она «младший научный сотрудник, отдел мониторинга» в НИИ «Горизонт». Звучит прилично, правда? Почти как в кино. НИИ, горизонт, исследования. Мне тоже понравилось, когда я читала объявление.
Реальность была несколько проще. Четыре этажа бетонного здания в сорока километрах от Москвы, посреди леса, плохой интернет, столовая с запахом советской капусты и моя работа — следить за показателями датчиков в виварии. Виварий — это там, где содержат подопытных животных. Мышки, крысы, кролики.
Официально.
О неофициальной части мне рассказали на третий месяц работы, когда я прошла все проверки и подписала столько бумаг о неразглашении, что рука устала. Меня завели в нижний корпус — корпус «Б», куда раньше я ходить не имела права — и показали, что там.
Я стояла в длинном коридоре с рядами металлических клеток и пыталась сформулировать вопрос. Это было сложно. Потому что то, что сидело в ближайшей клетке, смотрело на меня тремя глазами, и третий — горизонтальный — мигал как-то особенно неприятно.
— Вопросы есть? — спросил тогда завлаб Дмитрий Семёнович.
— Несколько тысяч, — ответила я.
— Со временем станет меньше, — пообещал он.
Он был прав. Через полгода у меня оставался только один вопрос: почему мне за это платят столько же, сколько платили бы в обычном виварии с обычными мышами?
Этот вопрос я задала Светлане Борисовне, нашему новому завлабу, которая появилась после того, как Дмитрий Семёнович ушёл на пенсию. Она посмотрела на меня поверх очков и ответила:
— Потому что официально этих животных не существует. Официально несуществующие животные в официальную зарплатную ведомость не вписываются.
— Логично, — сказала я.
— Рада, что понимаешь, — сказала она и вернулась к своему кофе.
Светлана Борисовна пила кофе в объёмах, несовместимых с жизнью нормального человека. Это и многое другое я знала о коллегах за год работы. Знала, что охранник Дима никогда не снимает куртку даже летом и не объясняет почему. Знала, что стажёр Кирилл боится объекта в клетке номер семь, хотя объект в клетке номер семь был размером с кулак и в целом напоминал ежа — если не считать того, что ёж обычно не умеет говорить человеческим голосом. Говорил объект семь немного, но неприятно. Он знал три слова: «привет», «иди сюда» и одно нецензурное.
Откуда выучил последнее — загадка. Кирилл подозревал Диму. Дима не отрицал.
