Кеназ шла след в след за Эльмой по белеющей в полумраке лесной тропинке. Шептались о чём-то верхушки деревьев, перекликались ночные птицы, потрескивали под ногами сухие ветки. Сквозь густые запахи июльского леса уверенно проступало ощущение речной прохлады от мерцающего за листвой водоёма. Серебристая лунная дорожка слегка колебалась под дуновением редкого ветерка, терзая тёмную поверхность реки - имя которой Смородина.
За спиной у адептки чертыхалась Айла, то и дело наступавшая на корни деревьев и звеневшая своими украшениями. А замыкала шествие Ариадна, которая несмотря на недавний залет в лекарское крыло упрямо отправилась вместе со всеми на поиски цветка папоротника. Но пока эти самые поиски зашли в тупик.
В стенах академии всё казалось простым и понятным. Используя портальный амулет, они уходят к берегам Смородины. За рекой, текущей в пригороде Норстена, закрепилась давняя слава водоёма, способного не только возвращать жизнь мёртвой материи, но и пробуждать вкус к этой самой жизни. Где, как ни в её окрестностях, искать цветок, зажигающий внутренний огонь и дарующий удачу и бессмертие? По легенде, алый лепесток, оторванный от соцветия исполнял любые, даже самые дерзкие желания, если проситель был смел и честен, в первую очередь, с самим собой. Расцветающее ровно в полночь, мистическое растение показывалось на глаза не всякому и не каждому - искренность намерений была тем самым компасом, указывающим к нему путь. Эльма на всякий случай даже раздобыла в недрах академической библиотеки приметы поляны, на которой можно было обнаружить это диво, но то ли лесной хозяин их водил по кругу, то ли не все условия были соблюдены - никакого намёка на цветок пока не было.
- Привал. - скомандовала огненная магичка, подавая руку Кеназ, нацелившейся на соседнее с ней бревнышко. Айла, яростно отмахиваясь от мошек, без сил сползла на пенёк и принялась вытряхивать из низких кожаных ботинок какие-то камешки и веточки.
- А где Ариадна? - уточнила Эльма, делая глоток воды из фляжки, болтавшейся у неё на поясе. На поляне повисла тишина, в которой был слышен даже писк комаров. С учётом того, что в темноте все кусты были на одно лицо, да и бог весть сколько времени они ходили по кругу, никто так и не смог вспомнить, когда от них отстала художница.
- Я так и знала, что её надо было оставить в академии. - бухтела шаманка. - Но вы же меня никогда не слушаете! Сколько раз я вам рассказывала о том, что ни одна пара с Ариадной добром ещё не кончилась - одни сплошные приключения. Вот, получите, распишитесь.
