Из Закона Второй эпохи, том VIII «Хроники Темного Часа» от 2060-го года написания, хранимых в архивах Пятибашенного храма:
«И да будет ведомо каждому, кто ищет истину не в силе, но в сердце, что в Темный Час мир наш был спасен не мечом и не сиянием, но любовью – самой праведной из добродетелей.
В Темный Час, когда небеса и твердь слились в единый пламень, как было это до начала времен, Князь Ночи, Держитель Тверди, чья ярость иссушала моря и обращала горы в пыль, занес меч свой над родом человеческим, но так и не опустил на головы их. Не из страха и не из расчета – из любви.
В тот же час Светоч Дня, Держитель Неба, чья сущность была чиста, как первый рассвет, не отвернулся от тьмы, не укрылся в высоте своей правоты, но принял на себя бремя сделки, ибо любовь превзошла в нем страх перед забвением и гордость непреклонного света.
Так было заключено Соглашение, о котором сказано мало и с благоговейной осторожностью, ибо даже боги не вышли из него прежними. Каждый из Держителей отдал часть сердца своего, и тем был сохранен род людской, не по заслугам своим, но по милости любви, что связывает небеса, твердь и смертную плоть в единое целое.
С этого дня стало ясно тем, кто умеет видеть: как свет не рождается без жертвы, как тьма не существует без страстей, так нет и силы во вселенной, что была бы выше любви, ибо даже жесточайший из владык склонился перед нею, и даже светлейший из хранителей вошел в тень ради нее.
Потому Закон наш учит: не презирай падшего, ибо не знаешь, что удерживает его от гибели; не превозносись праведностью, ибо и свет однажды был вынужден склониться. И если боги заплатили сердцами своими, дабы сохранить мир, то какой возложен долг на смертного, получившего жизнь в дар от них?
Да будет помнить истину каждый, читающий сии строки, что мир наш был возрожден из праха не по милости, но из любви, и лишь любовью он может быть спасен вновь».
Глава 1. Феникс из Тиринваля
Лиара
Воздух Мрадагáра наполнял давно знакомый, густой запах дыма. Ностальгически приятный, но слишком тяжелый для человеческих легких.
Тени, охраняющие тронный зал, среагировали мгновенно. Вытянутые бесформенные силуэты сползли вдоль колонн, как смола, и сплелись клубком у моих ног. Они гладили кожу, волосы, признавая верную подданную в хрупкой человеческой оболочке.
На огромном троне восседал Князь Ночи. Его присутствие ощущалось, скорее, не как что-то реальное, а как невыносимое давление, заставляющее склоняться даже самых гордых.
Я остановилась у подножия трона, склонила голову и опустилась на одно колено.
