Книга первая
Глава 1. Смерть в Тевтобургском лесу
Он упал на колени.
Римская броня разорвана — от плеча до пояса, как будто медведь полоснул когтями. Из левого плеча торчало германское копьё. Грубое, с зазубринами, сделанное из расщеплённого дуба. Кровь текла по нагруднику, смешиваясь с грязью, падала чёрными каплями на пожухлую листву.
Вокруг — крики, звон мечей, запах дыма и чужой крови. Легион разбит. Варвары добивали раненых.
— Атрий! — заорал кто-то из своих. Голос срывался, захлёбывался паникой. — Вставай, мразь! Вставай, кому сказали!
Он поднял голову.
Мир качнулся. Деревья плыли перед глазами, как в тумане. Но боль была знакомая — старая, как первый шрам.
Ещё в детстве, когда его, раба из Фракии, тренировали для гладиаторских боёв, он понял одну вещь: боль можно отодвинуть. Не победить. Не забыть. Отодвинуть — как тяжёлый камень, который мешает пройти. Просто перестать обращать на неё внимание.
Он встал.
Колени дрожали, но держали. Он выдернул копьё. Кровь хлынула сильнее — тёплая, липкая, стекала по руке на траву. Атрий даже не поморщился.
— Я ещё не умер, — сказал он.
Голос был низкий, спокойный. Таким говорят люди, которые видели смерть сто раз и перестали её бояться. Которые знают: смерть — это просто переход. А переход можно перетерпеть.
Он сделал шаг. Второй. Третий.
Перед глазами поплыло — деревья слились в сплошную стену, трава уходила из-под ног, как живая. Из леса вышел германец. Огромный, в медвежьей шкуре, с лицом, раскрашенным синей глиной. В руке — секира, тяжёлая, с широким лезвием.
Он заорал что-то на своём языке — гортанное, звериное — и замахнулся.
Атрий успел подумать: «Хороший удар. Точный. В основание черепа».
И вдруг небо над лесом раскололось.
Вспышка.
Не белая — тёмно-синяя, как если бы кто-то перевернул ночное небо наизнанку и выжал из него весь свет до последней капли. Воздух стал тяжёлым, как вода. Запахло озоном и старой кровью.
Тело Атрия дёрнулось, как на дыбе. Земля ушла из-под ног — не провалилась, именно ушла, как живая, обиженная, что на неё наступили.
Германец замер. Его секира зависла в воздухе, потом начала медленно оседать — время вокруг него замедлилось, растеклось, как смола, а потом рвануло в обратную сторону.
Атрий летел.
Не вверх. Не вниз. Сквозь.
Мимо него проносились камни, куски дерева, чьи-то доспехи, боевые топоры, обрывки знамён — всё, что было на поле боя за последний час. Как будто портал собрал всю смерть этого дня, всю ярость и утянул их за собой.
Атрий закрыл глаза.
Он не боялся упасть. Он боялся, что упадёт туда, где нет врагов. Потому что если нет врагов — зачем тогда жить?
