Глава 1. Пробуждение в трюме
Первое, что он почувствовал — вонь.
Не запах озона и раскалённого металла, не аромат благовоний из императорских покоев, не терпкий дым жертвенных курильниц. Нет. Это была вонь мокрой древесины, гниющей соломы, человеческого пота и чего-то кислого, что плесневело в углу. Запах, который его новое тело знало слишком хорошо.
Ксандр открыл глаза.
Потолок был низким, деревянным, покрытым каплями конденсата. Качка. Он узнал её сразу — ритмичное покачивание, которое ощущается в костях, а не в ушах. Корабль. Он на корабле. Но не на своём.
Он попытался сесть — и не смог. Руки были связаны за спиной грубой верёвкой, которая впивалась в запястья. Он дёрнулся. Верёвка не поддалась. Тело… тело было слабым. Не просто слабым — неправильным. Слишком лёгким, слишком хрупким, слишком… человеческим.
Ксандр посмотрел на свои руки. Пять пальцев. Без чешуи. Без когтей. Кожа — бледная, покрытая грязью и синяками. Он медленно сжал кулак. Мышцы отозвались болью, но подчинились. Он попробовал пошевелить хвостом — и не нашёл хвоста. Разумеется. Люди не имеют хвостов.
«Я умер», — подумал он. И память вернулась — обжигающая, как расплавленный камень.
Тар-Век. Его сын. Его кровь. Стоял над ним с клинком в руке, и в глазах — не ярость, не ненависть. Холодный расчёт. Тот самый расчёт, которому Ксандр его учил. «Ты был хорошим императором, отец. Но время звероящеров прошло. Сектор нуждается в новом лидере. В молодом». Клинок вошёл между третьим и четвёртым ребром — туда, где чешуя тоньше. Тар-Век знал. Ксандр сам показал ему это место, когда учил сына убивать.
«Я вернусь», — подумал Ксандр, лежа на гнилой соломе в трюме чужого корабля. И эта мысль была не мечтой, не надеждой. Это было обещание. Ящеры не прощают. Ящеры не забывают. Ящеры ждут.
— Очнулся, крысёныш?
Тень наклонилась над ним. Человек. Огромный, с гнилыми зубами и шрамом через всё лицо. От него пахло ромом и немытым телом. Надсмотрщик. Ксандр узнал этот тип за секунду — такие были на нижних уровнях его империи. Те, кто наслаждается властью над слабыми.
— Долго же ты спал, — оскалился человек. — Думали, ты сдох. Капитан бы расстроился. Ты у нас… товар.
Товар. Раб. Ксандра продают. Императора сектора, правителя семи звёздных систем, продают, как скот. Он почувствовал, как внутри поднимается что-то древнее, горячее, ядовитое. Инстинкт. Рефлекс, отработанный тысячелетиями эволюции его вида.
Он плюнул.
Слюна попала надсмотрщику на сапог. Человек посмотрел вниз, потом на Ксандра. И расхохотался.
— О-о-о! Он плюётся! Как баба! — Он обернулся к другим матросам. — Гляньте, парни! Наш крысёныш думает, что он змея!
