Мария Андреевна Волкова сидела на кухне своей двухкомнатной квартиры, уставившись в экран ноутбука. На экране красивый актер в ханбоке признавался в любви девушке под падающими лепестками сакуры. Сорок второй год жизни давал о себе знать – глаза слезились от экрана, спина болела от долгого сидения, а кот Мурзик требовательно мяукал, напоминая о том, что пора кормить его и его подругу.
– Мам, а что это за фильм? – спросила четырнадцатилетняя Лиза, заглядывая через плечо.
– Это дорама, дорогая. Корейский сериал.
– И ты на это время тратишь? – фыркнула дочь и удалилась в свою комнату.
Мария вздохнула. Дети не понимали. Бывший муж не понимал. Даже мама…
Как раз в этот момент зазвонил телефон.
– Машенька, что ты делаешь? – голос мамы был полон заботы и легкого упрека.
– Смотрю корейские сериалы, мам.
– Опять эти твои азиаты… Помнишь, как ты после университета хотела в Корею поехать? По обмену там что-то было…
Мария замерла. Корея. Программа обмена. Двадцать один год назад она получила грант на обучение в Сеульском университете. Год изучения корейского языка и культуры. Но потом… потом она встретила Игоря, забеременела Лизой, и все планы рухнули как карточный домик.
– Мам, а помнишь, как я тогда плакала? Когда от поездки отказалась?
– Еще бы не помнить! Ты целую неделю ревела, а потом говорила, что все равно корейский выучишь и обязательно поедешь. Ну и где твой корейский?
После разговора с мамой Мария долго сидела в тишине. Сорок два года. Двое детей. Развод. Работа в школе – английский и китайский. Ипотека за маленькую квартиру. И мечты, которые остались в прошлом.
Она встала и достала из холодильника бутылку соджу – купила из любопытства в корейском магазине.
– Ну что ж, – пробормотала она, наливая себе стопку, – за несбывшиеся мечты и за то, что жизнь – это не дорама.
Одна стопка. Вторая. Третья. Алкоголь оказался коварнее, чем водка. Мария почувствовала, как мир начинает плыть перед глазами. На экране все так же красивый актер говорил о любви, а она… она засыпала.
Утро в Сеуле
Мария проснулась от звука автомобильных гудков и незнакомых голосов за окном. Голова раскалывалась, во рту был привкус соджу, но что-то было не так. Совсем не так.
Она открыла глаза и увидела не свою спальню. Комната была маленькой, с традиционными корейскими элементами декора. На столе стояла фотография – она сама, но молодая, лет двадцати, обнимает незнакомую кореянку.
– Что за…
Мария вскочила с кровати и подбежала к зеркалу. Отражение заставило ее схватиться за сердце. В зеркале смотрела двадцатилетняя девушка с длинными волосами, ясными глазами и упругой кожей.
