Воспоминания дракончика
Я помню, как он перетащил меня сквозь пустоту — из одной вселенной в другую. Я не понимал, что происходит. Накатило чувство холода, безнадёги, липкой пустоты. И чьи-то жадные взгляды из темноты.
Потом я оказался во второй вселенной. И тут же меня во что-то воткнули. Не знаю, кого я вытеснил или должен ли был родиться сам. Скорее всего — второе. Мать рожала двоих-троих, а боги и служители обычно никого из тела не выгоняют. Я помню, как бился головой, пока наконец не проломил что-то и не вылез на свет — где увидел огромную зубастую морду. Что-то внутри сказало: это мама.
А потом я увидел двоих таких же, как я. Чешуйчатых, с мягкой ещё чешуёй, маленьких и забавных, с зачатками крыльев. Мама-дракон держала нас всех вместе.
Но потом мы убегали. Мать держала меня в зубах, а в передних лапах — братишку и сестрёнку. Отбиваться она не могла: за нами летели горгулии. Так их называли. Грязные вонючие птицы, выжигавшие одно гнездо за другим. Они поедали всё — вплоть до травы. Откуда они взялись — непонятно.
Мать хотела перехватить меня лапой, чтобы держать нас двоих, но не вышло. Она уронила братика, поймала меня и дала огромный огненный залп. Поджарила двух или трёх, но их было больше дюжины. Они кусали её, цеплялись за хвост, пара отвлекала сверху, а снизу кто-то рвал мягкий живот. Я видел, как она теряет силы и кровь.
А потом одна из птиц снова пошла в атаку на мягкое брюхо, уже покрытое ранами. Я впервые в жизни выдохнул огонь — прямо ей в морду. Птица заорала, мать резко нагнулась. Хруст — и птицы нет. Остальные чуть отступили: видно, заметили двух взрослых, летевших на перехват. Мы оказались в новом гнезде — я с сестрёнкой среди многих других дракончиков, кто старше, кто младше.
Одна большая дракониха ходила между нами, отталкивала лезущих под ноги и говорила, говорила, говорила. Она говорила мысленно — для дракончиков это был почти крик, зато никто не мог сказать, что не слышал. Иногда она рычала, и эти слова воспринимались уже иначе. Она учила, рассказывала, давала первичные знания.
Она говорила, что со временем наша врождённая память вернётся: мы вспомним прошлые жизни и всю летопись драконов, и само появление мира. Рассказывала, как вести себя со взрослыми, как относиться друг к другу, как держаться рядом с тем, кто учится летать. Но главное — не подходить к краю, потому что за краем пропасть, а внизу падальщики. Они подбирали либо глупых дракончиков, выпавших из гнезда, либо старых взрослых драконов, которые под конец жизни не удержались на крыльях.
