Глава 1. Костер, который не загорелся
Гарь резала ноздри. Не та честная гарь, что идет от березовых поленьев в домашнем очаге, когда дым лениво вьется над кровлей, обещая тепло и ужин. Эта вонь была душной, жирной, с привкусом старой шерсти и паленого мяса. Валдар натянул поводья, чувствуя, как под коленями вздрагивают горячие бока гнедого. Конь всхрапнул, косясь на серые избы, замершие вдоль наезженного пути, словно напуганные звери.
За спиной смолк перестук копыт. Отряд остановился. Слышно было только, как поскрипывает кожа седел да тяжело дышат уставшие кони после долгого перехода по пограничью.
— Дурное место, — негромко бросил Смага, сплевывая в дорожную слякоть густую, перемешанную с пеплом слюну. Старый десятник, чье лицо напоминало иссеченную ветрами дубовую кору, прищурился на пляшущие впереди отсветы. — Чуешь, княжич? Не лесом пахнет. Человечиной.
Валдар промолчал. Он и сам видел: над площадью, там, где у дома старейшины всегда горел костер для путников, клубилось нечто иное. Толпа. Она не шумела — она гудела, точно растревоженное гнездо шершней.
— Вперед, — коротко приказал Валдар.
Они пошли шагом. Десяток конных воинов в кольчугах; круглые умбоны щитов тускло поблескивали в предзакатном свете. Жители деревни, завидев княжеский стяг, не бросились встречать, не вынесли хлеб-соль. Наоборот — жались к плетням, прятали глаза. Мужики стискивали топоры и вилы, но руки их дрожали.
В центре площади, окруженный валом сырого хвороста, торчал вкопанный дубовый столб. К нему, опутанная толстыми веревками, была привязана фигура. На голову пленницы накинули мешок из грубой дерюги, но сквозь прорехи виднелись слипшиеся пряди черных, как вороново крыло, волос.
— Истинное зло! — визжал сорванный бабий голос.
Старуха Скрева носилась вокруг столба, размахивая сучковатой палкой. Ее лицо, испещренное глубокими морщинами, застыло в гримасе исступления. Она тыкала клюкой в сторону пленницы, и каждое ее движение вызывало у толпы новый приступ воя.
— Она коров извела! Она мужиков сушит! Гляньте на нее — ведьма! Навье отродье! Сжечь! Чистым огнем Сварога выжечь скверну!
Валдар чувствовал, как воздух вокруг столба становится вязким. Не от дыма — от чего-то иного, что не имело запаха, но тяжело ложилось на грудь. Он видел, как меняются лица его людей. Ветран, самый младший в отряде, чья борода еще едва пробивалась, подался вперед в седле. Его глаза затуманились странной, мутной поволокой.
— Княжич, гляди... — прошептал Ветран. Голос его сорвался на хрип. — Разве ж можно так... Она ж живая.
