Пролог
**Где всё и началось, или Как я перестала вязать и полюбила административный ресурс**
Если вам скажут, что ведьмы не плачут — не верьте. Еще как плачут. Особенно когда их застукали на месте преступления с поличным, а в качестве поличного выступает Верховная ведьма Ковена, превращенная в зеленую бородавчатую жабу.
В мою защиту хочу сказать: у нее было очень противное лицо. Ну, то есть до превращения. А после — мордочка у жабы оказалась даже ничего такая, симпатичная. Но старейшины моего энтузиазма не разделили.
— Мирослава, — голос наставницы Грозены звенел так, что в лаборатории жалобно зазвенели склянки. — Я задам тебе всего один вопрос. И прошу тебя, ради всех девяти кругов Бездны, подумай, прежде чем ответить. Зачем?!
Я вздохнула и отложила в сторону вязание. Да, я вяжу, когда нервничаю. Получается кривовато, зато успокаивает. Сейчас из-под спиц выползал шарфик явно не для себя — слишком ядовито-зеленый. Для кого-то особенного, видимо.
— Ну, понимаете, — начала я, старательно подбирая слова, чтобы меня не превратили в жабу компанию к Верховной. — Она сказала, что современная молодежь — это позор Ковена. Что мы не умеем ни проклясть толком, ни приворожить без инструкции. Что мы, цитирую, «слюнтяи на магическом довольствии». Ну и...
— И? — наставница прищурилась. Страшно прищурилась. Так щурятся коты, заметившие особенно жирную мышь.
— И она ткнула в меня своей палкой! — возмутилась я, чуть не сломав спицу. — В меня! Между прочим, лучшую ведьму своего выпуска по разделу «Боевая магия и бытовые проклятия для особо наглых родственников»! Я просто рефлекторно среагировала. Рука потянулась к зелью сама.
— К зелью превращения, — уточнила Грозена. — К самому сильному. Которое ты сперла из закрытой секции лаборатории.
— Позаимствовала, — поправила я гордо. — Для изучения опыта предков.
Наставница тяжело опустилась на табурет. Надо отдать ей должное, она меня не била. В Ковене битьё запрещено, мы же цивилизованные ведьмы. Вместо этого она применила запрещенный прием — включила «режим заботливой матери».
— Мира, — устало сказала она. — Девочка моя. Ты прекрасно варишь зелья. Ты отлично проклинаешь. Ты единственная за последние сто лет смогла приручить демона хаоса и заставить его выносить мусор. Но ты совершенно не умеешь думать, прежде чем что-то сделать. И это проблема.
Я хотела возразить, что думать я умею, и даже очень хорошо, просто иногда этот процесс занимает чуть больше времени, чем хотелось бы, и обычно заканчивается уже после того, как всё случилось. Но промолчала.