«Я не желал этого, Айонар. И, как никто другой, понимаю боль потери. Жаль, что Лилиан не выжила. Наручни из адаманта дали бы ей шанс. У Лилиан был выбор. Чего не скажешь о Никте. Я когда-нибудь рассказывал о ней?
Возвращайся в сизигию, старый друг. Вернись в гильдию, и я расскажу обо всем.
Еще раз – я понимаю твою боль… Ведь нет ничего важнее уз крови».
(с) Из неотправленных писем Эриса – главы гильдии сейд
Генерал Айонар. Тезаурус
Все как прежде. Все та же величественная зала и преобладание темного дерева прямиком из Радужного леса. Изобилие золота и имперского красного. Алый – цвет страсти, огня… цвет войны. Саэм не подал и намека на эмоции, но внутри все напряглось.
Как давно он встречался с Императором лично? Прошло не меньше половины десятилетия. На его рабочем столе в Цитадели периодически появлялись приглашения на значимые приемы во дворце. Но Саэм всегда вежливо отвечал отказом. С почтением, уважением и железной уверенностью, что его место больше не подле Императора. И вот он снова здесь.
Окна императорского дворца заперты, хотя на улице чудесная летняя погода. Светит солнце, отпечатываясь на полу и стенах. Но окна закрыты, и в зале стоит духота. Словно свободный и ретивый майский ветерок может нарушить тягостное безмолвие, патокой застывшее в пространстве. Саэму казалось, что во всем великолепии изящного убранства он задыхается.
Удивительно, но залы императорского дворца подействовали на Айонара куда больше, чем башня гильдии. Чтобы направить Никту и Дана по правильному пути и снабдить всем необходимым Дэмиану понадобился лишь день. Склады и сокровищница гильдии ломились от запасов. Да так, что Дан только присвистнул, оглядывая огромные стеллажи.
Никта больше заинтересовалась комнатой с наручнями из адаманта. Саэм с легкой нервозностью наблюдал, как ее ловкие пальцы прикасаются к металлу, очерчивая линии печати сдерживания. Наверняка в тот момент Никта представляла, что наручни вполне могли оказаться на ее хрупких запястьях.
Саэм помнил, как этими самыми пальцами Никта очерчивала его собственную печать на ладони. Они сидели в сумерках под деревом на тренировочном поле Цитадели. Именно тогда что-то изменилось. Что-то дрогнуло в Саэме, не давая и шанса на сопротивление… И, конечно, он помнил, как неделями позже она нежно прикасалась к его коже, путалась в волосах, забываясь в его руках.
А теперь Никта касалась самого мощного оружия против таких, как она – темных сейд. Однажды Саэм умолчал об этом, сообщив девушке лишь то, что наручни из адаманта использовались в основном на преступных обладателях энергии Абисс и тех, кто получил лишнюю порцию силы источника. Кажется, рассказал, что снять их могут только в гильдии. Но вряд ли упомянул, что наручни из адаманта настолько подавляют силы сейд, что стали настоящей проблемой для Дворов. Саэм знал, что тот же Антар уже давно разработал «лекарство» от наручней гильдии. Ходили слухи, что местные сейд настолько продвинулись в экспериментальных методиках, что способны разрушить силу наручней из адаманта… Впрочем, подтверждения Саэм лично не видел.
