Глава 1. Пути господни неисповедимы.
Я знаю, что ничего не знаю. Мне 45 лет, и это мое открытие. Когда я работала в юридической фирме, я знала много: как правильно оформить развод, уволиться или продать недвижимость. Я была замужем и была матерью, и тешила себя надеждой, что и с этой ролью справлялась великолепно. Сейчас я никто.
Мой ребенок погиб. Подруга предложила нам с мужем завести еще одного ребенка, чтобы заглушить боль и заткнуть огромную дыру в сердце. Заменить, так сказать, одного человека другим. Нет уж, лучше вечная пустота, которая принадлежит только мне.Вот и существую с тех пор, как приведение, ни дать ни взять. Сейчас я лежу в собственной ванне, пью шампанское и осознаю свою ничтожность.
Перед нашим окном растет береза. Сколько же лет она смотрит в наши окна и созерцает никчемную жизнь, а мы чего-то копошимся, мечемся, пыжимся, считая себя людьми разумными, а она просто существует и переживет нас всех.
Как мы дошли до жизни такой? Чужие в сущности люди, объединенные общим ребенком. Сейчас ребенка нет и нет общей жизни.
Мы встретились еще в юности. Он – начинающий инженер-конструктор. Я – студентка юридического факультета. Симпатия возникла сразу. Мы быстро поженились. Окончив университет, весной я забеременела. Тогда счастье было естественным состоянием, и я не представляла, что может быть иначе. Впоследствии, напившись водки, мы вспоминали эти годы с каким-то трагичным чувством: если все должно было так ужасно закончиться, то могло и не начинаться так восхитительно.
Вопросы, вопросы, и ни одного ответа. Иллюзии Повсюду разбитые иллюзии Как живут люди после страшных событий? Как собирают себя по кусочкам? Как восстанавливаются? Или, может быть, никогда не восстанавливаются? Или живут в иллюзиях, что восстановились? Опять иллюзии.
Смешно. Почему-то стало очень смешно, кажется, я опьянела, ну и черт с ним! Не надо никуда спешить, не надо никому звонить, ни о ком беспокоиться.
Береза стала медленно растворяться, потом взмыла в воздух и исчезла, в глазах потемнело, видимо, я в стельку. Мысли блуждали хаотично, тело отяжелело, и я ушла под воду. Пузырьки, везде пузырьки, смешно.
Меня стало тащить с огромной силой под воду, в глубину, через какой-то водяной туннель. Я вмиг отрезвела, побила себя по щекам: «Очнись!» Но это не помогло. Какая-то сила, не отпуская, вела меня по только ей понятному пути. Сопротивляться не было смысла, и я просто смотрела, как меняется картинка подводного мира. Мозг четко осознавал, что я на большой глубине океана. Критическая же часть моего ума все еще думала, что я в обмороке или пьяна.
