I
Три дня тому назад Миранда Иванова, выйдя из дома и ровной спортивной походкой направившись в сторону перинатального центра, где работала, прошла под дворовой аркой и, завернув на улицу, с удивлением увидела, что над дверью открывшейся торговой точки, прямо под балконом второго этажа, где находилась ее квартира, прибивали большую табличку с надписью «Золотая лавка». Только что был завинчен последний шуруп, и рабочий, едва не сбив ее с ног, лихо спустился, как слетел, с лестницы.
– Ой! Миранда Вячеславовна!.. – воскликнул он. – Простите, я вас не сразу узнал!.. Виноват!.. – С этими словами он, которого она не могла вспомнить, стал убирать перед ней с тротуара брошенные там инструменты.
– Ничего, ничего! Не беспокойтесь, я обойду! – сказала она, собираясь это сделать по примеру других прохожих.
Она привыкла, что ее узнавали незнакомые ей люди, потому что ее муж, Лев Валерьянович Иванов, был директором одного из заводов Машгородка, хотя и секретных. Он работал над созданием ракет со средствами управления в зоне ядерного взрыва. Миранда невольно поглядела наверх, на балкон, с которого свисало, спускаясь с горшков, несколько видов ее любимых традесканций. Задержав взгляд на одной, цветы которой, распустившись утром, должны были отцвести к обеду и она могла их больше не увидеть, она невольно вздохнула: ассоциативное чувство на миг перенесло ее на рабочее место, где она выхаживала недоношенных матерями детей, некоторые из которых, как и эти бутоны, едва распустившись, быстро увядали и умирали. Недавно она пережила вместе с одной пациенткой, совсем молоденькой матерью, быстро наступивший кризис, мгновенное увядание в течение нескольких часов ребенка, Левушки, сына и внука двух ценных сотрудников КБ завода, работавших один над проблемой сверхзаморозки проводников для сверхпроходимости тока, а другой – электромагнетизма. «Надо же, – сказал ей муж, тезка покинувшего мир дитя, услыхав об этом несчастье от нее, когда она, расстроенная, пыталась оправдать все отделение, вставшее перед фактом редкого случая, – эти отец и его сын Преображенские работают над проблемами, которые, как огонь и вода, взаимоисключают друг друга!.. Но если, все же, им удастся совместить одно с другим, работа в условиях атомных излучений и точное наведение на цель наших ракет будут обеспечены!..» Ее покоробил этот циничный прагматизм: он не стал выслушивать то, что она пыталась донести до него сквозь слезы, но успокоил, утешил, напомнив о ее дне рождения и о своем обещании купить для нее в торговой лавке минералогического музея дорогой гарнитур… «Надеюсь, на этот раз ты не разоришь меня!» – при этом предупредил муж. – И вообще, будь, пожалуйста, поскромнее! Перед коллективом бывает стыдно!..»
