«…Сто дорог нужно пройти, чтобы попасть сюда. Сто дорог и одну тропинку, ту, что петляет по открывшейся взору равнине между холмами, изредка нарушающими ее горизонтальность.
Там увидишь дерево – большой, раскидистый дуб, ветви которого будут указывать на три стороны. Иди прямо. Дорога поведет тебя к горизонту, где всё голо, пустынно и тихо, и чем дальше ты будешь идти, тем ярче дорогу будут освещать солнечные лучи.
Вскоре покажется сам солнечный диск, и он не будет ослеплять. Стой! Это и есть то самое место, где начинается новый отсчёт времени, и где всё перемешается – белое с черным, небо с землей. И ты увидишь жизнь иными глазами. То, из-за чего ты расстраивался, покажется столь забавным, что не стоило и беспокоиться. А что казалось вовсе незначительным, откроется с иной стороны. И именно в нём ты увидишь причины своих удач или неудач, больших и малых достижений и побед.
Само время заржет, как необъезженный жеребец и поскачет, задорно выбивая из-под копыт золотой песок минуток.
Тогда и встанут перед тобой сказочные герои, образы и видения, вовсе не из снов (не зря же мы боимся темноты и одиночества), встанут и, протянув руки, начнут свой диалог. О чём будет ясно по их глазам, в которых давно затаилась невыразимая тоска по жизни...!
– Аи, аи, аи! – протянет добрая фея Светлая Лилит.
– В-в! Вы, вы...! – подвоют маленькие обормотики.
– У-у-у! – пробасит Карабас-Бородасище.
А Медуза Горгона зальется соловьем, подметая с вдохновением в зеленых глазах мостовую Вечности.
Всем достанется занятие и место в жизни. Все найдут свои главные роли. В обиде не останутся даже летучие мыши, которые будут вместо пташек украшать мир, раскинув бархатные крылья-стрелы...».
– Кто вы такие? – спросил, очнувшись после глубокой дремоты прямо на песке мужчина. Но вокруг было тихо, только время от времени проносились мимо какие-то тени. – Сплю я, что ли? Нет, не сплю. Однако, я что-то начинаю припоминать. Записка, дорога… И вот ради этого стоило столько идти?
Тут картина начала меняться.
На песочной поверхности начали образовываться водяные воронки и брызги, которые быстро заполняли водной гладью всю равнину до горизонта. И вот уже на морской волне, той, что выплескивалась прямо на обувь, показалась прекрасная русалочка.
Ее он узнал сразу. Она была именно такой, какой он представлял когда-то: легкое тело обвивалось густыми волосами, лишь слегка открывая белые ручки и ножки. Салатовая волна плавно опустила новорожденную на песок, совсем близко от него, изумленно наблюдавшего за происходящим.
