Сергей разлепил веки — в голове стучало, будто кто‑то методично бил кувалдой по наковальне. Каждый удар отдавался в висках раскалённой иглой. Свет из‑за штор резал глаза, создавая издевательский контраст с вчерашним ливнем, когда он, промокший до нитки, еле дотащился до дома.
«Опять перебрал…» — мысль скользнула вяло, без осуждения. В носу стоял запах пива и копчёной рыбы — остатки вечернего «пира». Он помнил, как перед сном машинально выпил таблетку аспирина, а до этого — пару таблеток панкреатина, надеясь смягчить утренние последствия. Бесполезно.
Он скосил взгляд на будильник — стрелки замерли. Батарейки сдохли. Потянулся к смартфону — экран мёртв. Вчера забыл поставить на зарядку. В голове промелькнуло: «Опять Оля будет ворчать… Если, конечно, она ещё…» Мысль оборвалась — не хотелось думать о ссоре.
С трудом поднявшись, Сергей натянул тапочки и побрёл на кухню. Горло пересохло, словно изнутри выстлано наждаком. Взял чайник, подставил под кран — пусто. «Опять отключили, сволочи», — беззлобно подумал он, вспоминая как вчера , когда он уже уселся за стол погас свет. Как он, матерясь одевался, чтобы выйти запустить генератор, а только одевшись свет снова дали.
Направился к душевой. В углу стояла десятилитровая канистра. Открутив крышку, поморщился: вода отдавала болотом, будто стояла здесь не день и не два. «Надо чаще менять… Ладно, с кипячёной не подохну».Пока чайник грелся, в голове пульсировало: «Курить».
Вышел на крыльцо — и тут же отшатнулся. Воздух жарил, как в пустыне. Двор, обычно утопающий в грязи после дождей, превратился в растрескавшуюся равнину. Тени не было нигде — солнце висело в зените, будто забыло, что на календаре октябрь.За забором сосед Петрович раскачивался, будто пьяный, совершая странные, механичные движения. «Нажрался с утра?» — подумал Сергей, но тут же поморщился от нового удара в висках. Он попытался сосредоточиться на фигуре соседа, но зрение плыло, а в ушах шумело. «Надо бы зайти к нему… Может, помощь нужна? — мелькнула мысль. Но тут же угасла. — Вчера видел его у магазина — вроде твёрдый, как дуб. Да и не любит он “слабости” показывать. Пусть сам разбирается».
Сергей опустил взгляд на свои босые ноги. Трещины на пятках напоминали карту высохшего озера. «Когда в последний раз кремом мазал? Месяц назад? Год?» Он вспомнил, как Оля однажды сказала: «Ты ходишь, как старик”. Тогда он отшутился: «Старики хоть аккуратные, а я — живой”. Теперь эта шутка казалась горькой. Пошёл в кочегарку.
Курил он только там — дома запрет был железным. Даже в похмелье, даже в лихорадке. Открыв дверь, огляделся: полки, тумба — сигарет нет. Вспомнил: вчера не купил. В груди зашевелилась злость — на себя, на мир, на эту дурацкую необходимость тащиться в магазин. Взглянул в окошко на градусник: +33 °C. «А прогноз обещал снегопады… Где эти синоптики работают? Ответственность — ноль». Придётся идти в магазин. В похмелье. В пекло.
