Пахло озоном, старой бумагой и застарелым раздражением.
Кабинет Магистра Гильдии Убийц Монстров никогда не менялся. Массивный стол из черного мореного дуба, способный выдержать прямое попадание огненного шара третьего круга, был девственно чист. Лишь в самом его центре лежал один-единственный пергаментный свиток, перетянутый витой лентой цвета запекшейся крови и запечатанный сургучом с оттиском раскрытого глаза — гербом Совета Семи Городов.
Артём стоял перед этим столом, заложив руки за спину. Пальцы его левой руки методично поглаживали рукоять кинжала на поясе. Это было бессознательное движение хищника, который сдерживает желание выпустить когти. Он смотрел не на Магистра, сгорбившегося в глубоком кожаном кресле по ту сторону стола, а на этот свиток. Черные волосы Артёма, стянутые на затылке в небрежный хвост, падали на плечи, скрывая острые кончики ушей — единственное внешнее напоминание о том демоническом пламени, что текло в его венах. Его кожа имела нездоровый, землистый оттенок, свойственный тем, кто десятилетиями проводит под землей или в местах разрыва реальности. Глаза цвета застывшей лавы медленно сканировали кабинет, цепляясь за каждую деталь: за потертую обивку кресла, за пыль в углах лепнины, за то, как нервно подрагивает седая борода Магистра.
— Ты издеваешься, старик? — голос Артёма звучал низко, с легкой хрипотцой, словно он давно разучился говорить нормальным человеческим тоном. Каждое слово весило тонну. — Я только вернулся из Разлома Мертвого Ветра. Моя броня еще дымится от ихора кислотной гидры. Мне нужно три дня сна, неделя кровавых ванн для регенерации кожи и месяц тишины. А ты суешь мне новый контракт?
Магистр Элиас тяжело вздохнул, отчего складки на его шее пришли в движение. Он снял очки в тонкой серебряной оправе и устало потер переносицу. В свои семьдесят лет он видел больше чудовищ, чем любой из молодых магистров Ордена Света, но сегодня даже его легендарное терпение трещало по швам.
— Контракт помечен грифом «Абсолют», Артём, — тихо произнес Элиас, водружая очки обратно на нос. — Это значит, что ты возьмешь его вне зависимости от того, хочешь ли спать, есть или планируешь отправиться в Бездну на пенсию. Подпись стоит самого Архимага столицы. Баснословная награда — это лишь приятное дополнение к тому факту, что если ты откажешься, твоя лицензия будет аннулирована, а метка Гильдии выжжена вместе с куском мяса на твоей груди.
Артём скривил губы в презрительной усмешке, обнажая чуть более длинные, чем положено человеку, клыки. — Попробуй. Посмотрим, чья магия окажется быстрее, когда я решу вырвать твою глотку прямо здесь. Метка Гильдии держит мою тьму в узде, пока я выполняю работу. Но она не помешает мне свернуть шею тебе лично. Голыми руками.
