Дизайнер обложки Владимир Владимирович Мерссир
© Владимир Владимирович Мерссир, 2026
© Владимир Владимирович Мерссир, дизайн обложки, 2026
ISBN 978-5-0071-2482-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
На первом этаже хозяйка дома готовила ужин для мужа — он скоро должен был прилететь, и этот вечер хотелось сделать особенным. Она колдовала над его любимым блюдом, вкладывая в каждый жест всю свою любовь, будто пыталась сварить из пряностей и трав оберег, который удержит его рядом. По дому плыли густые, уютные запахи, но в них то и дело проскальзывала странная нота — словно где-то рядом приоткрылась дверь в иной мир, и оттуда дохнуло чем-то древним, терпким, нездешним.
Старшая дочка порхала по комнатам, словно бабочка, но в её движениях было что-то от куколки, готовой вот-вот треснуть по шву: она то подбегала к окну, то снова метнулась на кухню, то застывала на мгновение, прислушиваясь к каждому шороху. Казалось, она чует то, чего взрослые не замечают: как тени в углах становятся плотнее, как воздух тяжелеет перед бурей, как само время будто замедляется в ожидании чего-то неизбежного. Она ждала отца и праздничного ужина, и в этой детской радости было столько света, что он, казалось, мог прожечь тьму насквозь — если только тьма позволит.
А на стене, почти незаметная в полумраке, висела старая вышивка: силуэт бабочки, чьи крылья были усеяны крошечными символами, похожими на руны. Хозяйка не помнила, когда она там появилась. И почему-то сегодня эти знаки будто стали чётче, будто кто-то невидимый обвёл их пальцем, напоминая: ожидание — это тоже ритуал.
По всему дому были украшения и символы мира и любви — не просто милые безделушки, а будто собранные со всех концов света частички одного большого обещания: всё будет хорошо. Двухэтажный дом снаружи сиял яркими красками, а сад вокруг него казался живым продолжением этого обещания — каждый цветок будто тянулся к свету, чтобы добавить свою ноту в общую мелодию уюта. Убранство внутри было таким пёстрым и светлым, что казалось: сам мир любви пришёл сюда по частям и сложился в этот дом, как в надёжное убежище.
Мама уже почти приготовила все блюда. В каждом из них было не только тепло рук, но и тихий шёпот: «Пусть он доберётся, пусть будет сыт, пусть почувствует, что его ждут». Она тихо попросила помощницу, Анну-Марию, убрать всё лишнее и ещё раз навести порядок. Анна-Мария тут же принялась за дело: двигалась бесшумно, аккуратно, будто боялась спугнуть само ожидание. Чистота в доме была её кредо, её способом сказать миру: «Здесь нет места хаосу, здесь мы держим свет». И в этом тоже была своя магия — в том, как разные люди, каждый по-своему, охраняли этот вечер.
