Светлячок
Поначалу всё шло как обычно, а потом люди просто стали сгорать заживо прямо на глазах. Но это потом. Мой день начался вообще по-другому. Я окончательно принял важное решение: завязать.
Мы лежали на простынях в Её квартире с видом прямо на пирамиду Университета, я тонул в Её зелёных, светящихся нефритовым светом, глазах и понимал, что если уж и переворачивать всё в жизни ногами вверх, то ради неё.
«Жизнь — это игра мечеными картами, но сегодня тебе достался флеш-рояль», — сказала как-то она жарким шёпотом, и я понял, что пропал.
Наёмнику вроде меня завязать непросто. Когда ты умеешь только воевать и при этом ты в розыске и у федералов, и у Альянса, карьеру офисного клерка не сделаешь. Не так много остаётся сторон, которые могли бы тебя приютить, но у меня были мыслишки, как всё обставить.
Чалов из южных мастерских уже заканчивал делать два пакета фальшивых документов. Пластик должен был подоспеть в среду, а в понедельник Чалов прислал цифры, по ним я заказал нам билеты на поезд до границы. Оттуда снова поездом в Пекин, а дальше — Сингапур, детка. Город, где всем всё равно, кто ты и откуда, если у тебя есть чем платить.
Я выбрал Сингапур, потому что она мечтала о нём. Она говорила: «вот заработаю, и в Синг — пить ледяной Слинг». Мне по большому счёту было всё равно куда — лишь бы с ней, так что Сингапур так Сингапур.
Чёрт, ещё два месяца назад я был негласным чемпионом в негласном чемпионате среди светлоградских «бордельеро», а теперь я мысленно прикидывал, как поромантичнее сделать ей предложение!
Всего пару месяцев назад спроси меня, в чём я вижу смысл жизни, я бы ответил что-то вроде «Стервятники — моя семья, а Альянс — мой враг. Вот и весь смысл». Но потом я встретил Зеленоглазку.
Что она не такая, как все, я понял в самую нашу первую встречу. Она как раз заканчивала краткий курс обучения вежливости для быдловатого штриха, позволившему себе лишнего в её адрес в баре. Пальцы агрессора были сломаны, он корчился на полу заведения, пускал кровавые пузыри из свёрнутого набок носа, плакал и молил о пощаде.
Мольбу она услышала, удалилась в уборную, вернулась оттуда со свежевымытыми руками и, как ни в чём не бывало, уселась на свой стул у стойки — допивать то, что она не допила.
Не знаю, что мной двигало, но тогда я решил: это идеальный момент, чтобы предложить ей выпить. Сначала она хмуро посмотрела на меня, потом поинтересовалась, небрежно мотнув головой в сторону поверженного врага, не хочу ли я присоединиться к спонтанному заседанию клуба сломанных носов тем вечером.
