«Тише, дитя.
Не зови свет— коли не готова узреть тьму.
Лес слышит. Лес помнит. Лес не прощает позабытых имён.
Ты думаешь, это просто деревья? Просто мхи да звериный след?
Нет, милая. Это – тело. Это – кровь. Это – воля.
Ты не случайно явилась на свет.
Ты – продолжение.
Ты – звено, что должно было порваться, да устояло.
Глаголю с тобой – ибо лес выбрал.
Не для покоя. Не для радости.
А для того, что приходит, когда сказ окончен.
Запомни:
Судьба не просит согласия.
Вплетается в тебя – что корень в землю, что голос в песню.
Услышишь зов – не отворачивайся.
Ощутишь боль – не отступай.
Это – начало.
А всё, что грядёт…
уже ждёт.»
Лес всегда был моим домом.
Когда я была ребёнком, он встречал меня шелестом листьев и шёпотом ветра, который проскальзывал между ветвями, словно делился своими тайнами. Я бежала босиком по мягкой земле, мимо стволов, тёплых от солнца, и ощущала, как мох пружинил под ногами. Каждая тропинка была мне знакома: вот здесь валун, на котором я любила сидеть, а там – упавшее дерево, превратившееся в мостик над ручьём.
Иногда я пряталась в густых зарослях малины и слушала, как вдалеке перекликаются птицы. Солнце просачивалось сквозь листву, оставляя на моих ладонях золотые пятна, будто тёплые бабочки игрались со мной. Лес окутывал меня большим зелёным плащом: прохладный в жару, и тёплый в ненастье.
Деревья стояли вокруг молчаливо и неподвижно. Я любила подходить к самому большому из них, прикладывать ладони к его шероховатой коре и шептать свои секреты. Мне всегда казалось, что он слушает и понимает. Лес был живым. Он щедро угощал меня сочными ягодами и орехами, а его тишина была такой глубокой, что я могла слышать даже дыхание ветра.
Здесь я была невидима для всего остального мира – только я и лес, его дыхание и мои шаги по прелым листьям. Я не просто жила рядом с ним – я росла вместе с ним, как ещё одна его ветвь. Лес давал мне ощущение легкости и свободы, заботясь и поддерживая меня.
Наша семья обосновалась в этих краях уже давно. Деревня наша прижималась к самому краю леса, словно искала у него защиты. Небольшие избы с покатыми крышами теснились друг к другу, дымили трубами, и казалось, что весь воздух пропитан запахом печного дыма и свежего хлеба. Утром слышался стук топоров, крики петухов и голоса женщин, которые выпускали скотину во двор. Каждый знал своё дело: мужчины уходили в лес с рассветом – кто за дровами, кто на охоту, – а женщины хлопотали по хозяйству.
Днём жизнь текла размеренно: у колодца встречались молодицы, обменивались новостями, а дети носились босиком по пыльным тропам, громко смеясь и пугая кур. Даже самый тяжёлый труд здесь делался сообща: если кому-то требовалось починить крышу или собрать урожай, соседи приходили на помощь, не дожидаясь просьбы.
