Глава, в которой Олю внезапно забыли.
— Уважаемый, — широко растягивала рот тётка в синем балахоне и с ярко-алым платком на плечах.
Довольно неприметной наружности, но про таких обычно сразу подумаешь — «этой» палец в рот не клади, «этой» повода много не надо, чтобы скандал на пустом месте устроить. «Пустое место» ака сонный водитель междугороднего экспресса, дал ей целых два повода.
Во-первых, он был мужчиной и напоминал собой давно почившего её супруга, а во-вторых — также, как и, царствие подлецу небесное, её супруг, ни черта не воспринимал с первого раза.
Женщина грузно прокрейсировала между креслами, хватаясь пальцами за спинки и попутно шипя на разбуженных пассажиров, которых задевала на ходу.
— Вы что, за рулём спите? — преодолев свой шаткий путь, наклонилась она над ничего не подозревающей жертвой. — Уважаемый? — с нескрываемым ехидством человека, решившего устроить склоку, повторила она.
— Ась? — всё-таки решил отреагировать водитель, даже не повернув головы.
— Остановка когда будет?! Докричаться до вас невозможно, — набросилась тётка, решив, что вот он — момент триумфа, когда можно стряхнуть пыль со старых умений по пропилке мужских мозгов. По этим пропилкам, да и по самому лихоимцу-муженьку, она, нет-нет, да скучала.
— Остановки по расписанию, — продребезжал прокуренным баритоном водитель и даже бровью не повёл. Застиранный джемпер его пах табаком. — Ознакомьтесь с бумагой, — одна кисть оторвалась от руля и шершавый на вид палец ткнулся себе за спину.
Над водительским закутком висело расписание. Тётка открыла рот и с недоверием уставилась на список остановок, дотошно изучая каждую затёртую буковку.
— Мне нужно сейчас, — безотлагательным тоном заявила она после пристального прочтения бумаги. — В кустики, — не снизив громкости объявила она на весь салон и вперилась в неровно стриженный затылок водителя. Если бы глаза были пулями, автобус пришлось бы дальше вести ей самой.
— Не положено, — затылку было наплевать на смертельную опасность, нависшую над ним. Глаза-то не пули. — Остановки по расписанию.
Поистине тарантиновский диалог с повторением слагаемых не думал заканчиваться, а лицо тётки потихоньку сливалось с цветовой палитрой платка. В воздухе запахло бурей. Воображаемый счётчик Гейгера запиликал с невообразимой скоростью. Узкое пространство автобуса завибрировало.
— Как так не положено?! — дрогнувшим от переизбытка чувств голосом крикнула женщина. Руки её стиснули обивку ближайшего сиденья до побелевших костяшек.
Молодая девушка, скорчившаяся на этом сиденье, с азартом исследователя наблюдала за развитием событий. На коленях лежал потрёпанный планер, на странице которого поспешными штрихами была набросана та самая женщина, стреляющая лазерами из глаз.
