«Я буду ненавидеть тебя до последнего вздоха. А когда дыхание кончится — я продолжу ненавидеть тебя вечно».
ЧАСТЬ I: ПЛЕННИЦА ИЗ ПЕПЛА
Глава 1. Оазис в пепле
Песок здесь был не золотистым, а пепельно-серым, словно земля до сих пор носила траур по всему, что когда-то было зелёным. Ветер не пел – он выл, завывая в осколках скал и нося с собой мелкую, едкую пыль, что въедалась в лёгкие и оставляла на губах вкус горечи и сожжённых надежд. Элиана шла впереди маленькой группы, её плащ, когда-то белый, а теперь цвета пыли, развевался на резких порывах.
За ней шли последние. Двенадцать человек. Двенадцать душ из когда-то многолюдного клана Светлых. Их лица были измождёнными, глаза пустыми от усталости, но ноги, покорные её воле, шагали по бесконечной равнине. Они верили в её спину, в её шаг. Это было всё, что у них осталось.
Элиана сжала кулаки под складками плаща. Через тонкую кожу перчаток она чувствовала слабое, но упрямое биение – биение самой жизни. Её магия не была яркой вспышкой, не была огненным шаром, сметающим врагов. Она была медленной, кропотливой, как работа корней. Она была памятью земли.
— Остановимся, — её голос, хриплый от ветра, прозвучал громче, чем она ожидала.
Люди безропотно опустились на колени, укрывшись в тени обломка гигантской колонны, увенчанной чьим-то забытым гербом. Элиана обошла их, касаясь плеч, шепча слова утешения, которые уже не имели смысла. Потом она отступила на несколько шагов, сняла перчатки и припала к земле ладонями.
Холод. Сначала всегда холод и мёртвая тишина, будто ты прикасаешься к камню. Она закрыла глаза, отогнав усталость. Внутри неё, глубоко в груди, затеплился тот самый огонёк – не жаркий, а тёплый, как свет утреннего солнца сквозь туман. Она направила его вниз, по рукам, в пальцы, в безжизненную почву.
Сначала земля задрожала. Не от землетрясения, а будто от вздоха. Потом, прямо под её ладонями, серый пепел потемнел, стал влажным. И пробился росток. Хрупкий, бледно-зелёный, дрожащий на ветру. Он тянулся к её пальцам, как слепой детёныш к теплу.
Вокруг ростка, на расстоянии вытянутой руки, пепел превратился в скудную, тёмную землю. Появился мох, пара жёстких травинок. Крошечный оазис, размером с плащ. Но это была жизнь. Настоящая, не вызванная из небытия, а возвращённая.
Из группы подошла девочка, Лора. Её глаза, огромные на исхудавшем лице, смотрели на росток с благоговением. Она протянула руку, но не посмела коснуться.
— Он выживет? — прошептала она.
— Он уже живёт, — ответила Элиана, и в её голосе прозвучала усталая нежность. — Он помнит, как это – тянуться к солнцу.
