1
Воздух в подземном бункере цитадели был чистым и холодным, отдавая озоном от мощных генераторов. Но под этим скрывался другой запах — страх и пороховая гарь невысказанной ярости. Он впитывался в стены из армированного бетона, витал в тенях, сгущавшихся за спинами рыцарей.
Маршал Вейт стоял спиной к Гельмару, его внимание пожирала голографическая карта, залившая командный центр багровым светом. На ней, словно язвы на теле государства, пульсировали отметки. Сотни точек в глубоком тылу по всей административной земле Доннерхаль и всё дальше за её пределами с севера и юга на западном рубеже Хельструма. Гарнизоны, склады, линии снабжения и связи, которые переставали отвечать на запросы, оставляя после себя лишь статику и леденящее душу молчание.
— Гибель 108-й была не концом, – голос Вейта прозвучал глухо, как заученный приговор. — Это было началом. Началом вот этого.
Его рука в серо-стальной перчатке провела по проекции, и алые метки замигали в унисон, словно чьё-то исполинское сердце, бьющееся в агонии.
— Они режут нас по живому, Гельмар. И мы не видим руки, что держит клинок. Мы слепы.
Гельмар молчал, сжимая ладонь в перчатке. Призрачный огонь в его груди отозвался глухой болью — эхо видения, которое теперь видели все Одарённые.
— Твоё видение… – Вейт, наконец, обернулся. Его лицо было серым от усталости, глаза — двумя провалами вглубь черепа, где тлела лишь холодная ненависть. — Оно было посланием. Или обманом. Мы должны выяснить, чем именно.
Шаг. Ещё шаг. Тяжёлые сабатоны маршала грохотали по полу. Его палец с силой ткнул в одно-единственное место на карте — мёртвую зону, отмеченную символом радиоактивной угрозы и безумия.
— Крепость Стражей Предела. В Выжженных Пустошах. Они шестьдесят лет сторожат эту границу. И, судя по нашим данным, энергетические сигнатуры полностью идентичны. – Вейт смерил Гельмара взглядом. — Отправляйтесь туда и найдите причину, командор. Найдите дверь, через которую они к нам приходят, и захлопните её.
Он отступил на шаг, и его тень, искажённая светом голограммы, накрыла Гельмара с головой.
— Собери команду и вылетайте.
Пока основные силы ордена перебрасывают на Западный рубеж, чтобы остановить их наступление в лоб, вы будете нашим рейдом в самое сердце тьмы. Вы — наш скрытый клинок.
Никаких напутствий. Никаких слов о долге — всё это давно стало воздухом, которым они дышали. Только тяжесть приказа, брошенная, как вызов.
— Не подведи, – прошептал маршал, и его шёпот был страшнее любого крика. — Ибо если это ловушка… то мы все уже в пасти у зверя. И твоё видение было для нас последним.
