Глава 1. Математика несчастья
Жанна крепче сжала руль своего кроссовера — купленного в кредит, который она выплачивала сама, пока Иннокентий «искал себя в высокой науке». Сегодня их седьмая годовщина. Семь лет. Число удачи, если верить нумерологам, и число полного обновления клеток организма, если верить биологам. Жанна чувствовала, что её клетки обновляться не хотят — они просто устали.
Всё началось на втором курсе. Кеша тогда казался ей не скупым, а… принципиальным. Худой ботаник с горящими глазами, он так увлечённо объяснял ей теорему Ферма, что она не заметила, как на первом свидании в студенческой столовой он «забыл» кошелёк. Тогда это было мило.
Потом они выпустились. Жанна, с её пробивным характером, быстро пошла в гору в продажах. Иннокентий, как рыцарь с белыми рученьками, мараться в обслуживающих профессиях не хотел — не рыцарское это дело — и осел в школе учителем математики. Его флегматичность, которую она принимала за спокойствие, оказалась эмоциональным болотом.
Она вспомнила их прошлую годовщину. Дорогой ресторан, который выбрала она. В конце ужина Иннокентий достал калькулятор.
— Жанна, — сказал он, глядя в чек своим бесстрастным взглядом, — ты заказала десерт и два бокала вина, а я только горячее и чай. Моя доля — 1420 рублей, твоя — 2860. Давай округлим: с тебя три тысячи, я добавлю остальное.
Она тогда промолчала. Как промолчала, когда он переехал в её квартиру, за которую она платила ипотеку, и деловито осведомился: «Раз я тут живу, я могу не платить за съем своей комнаты, значит, эти деньги я отложу на новый компьютер. Ты же не против?» Она не была против. Она любила.
Машина Жанны плавно притормозила у ресторана. В багажнике лежал дорогой набор инструментов, о котором Кеша мечтал (или просто хотел иметь, не тратясь). Она надеялась на чудо. На кольцо? На букет, в конце концов?
Иннокентий уже ждал за столиком. На нём была та же серая кофта, которую Жанна купила ему три года назад.
— С годовщиной, — произнёс он, не вставая.
Он протянул ей одну-единственную гвоздику в шуршащем, дешёвом целлофане. Из тех, что продаются на остановках за копейки.
— Цветы сейчас неоправданно дороги из-за праздников, — добавил он, заметив её взгляд. — Но я решил, что символизм важен.
Жанна медленно опустилась на стул. Целлофан противно скрипнул.
— Кеша, семь лет… — начала она, но не успела договорить.
К их столику почти бегом подошла молодая девушка. Яркая, в нелепой розовой куртке, с размазанной тушью.
— Кеша! — выдохнула она, игнорируя Жанну. — Ты сказал, что у тебя факультатив! А ты здесь? С ней?
Она повернулась к Жанне, её губы дрожали.
— Говорила мне мама, что ты, Кеша, темнишь что-то. То есть, как со мной на свидание — так мы в столовой, а как с ней — так в ресторан! Женщина, вы кто моему Кеше будете?
