Глава первая. Чёрные глаза.
Стефания
- Стефа! – я услышала подругу, несмотря на толпу танцующих. Сотня рук были вскинуты в черноту зала с «козой» и ритмично бились в воздухе в такт барабанов, льющийся со сцены. Вокалист пел о любви, ненависти, страхе и силах, которые помогают справиться с любыми сложностями. Я еще раз бросила взгляд на закованного в кожаную броню вокалиста, и стала протискиваться к Юльке мимо парней и девушек, самозабвенно покачивающихся в такт.
Что-то изменилось в музыке, потому что зал дрогнул, зарычал, и бас медленно разыграл мелодию популярной песни. Девушка с черными разводами на щеках завизжала, мимо которой я протискивалась, вскинулась вверх, и меня, словно морской волной толкнуло обратно к сцене. Гитара взорвалась рифами, и я ощутила недовольство.
Я чувствовала себя неловко, но отчего, не могла понять – рок-тусовки были моей стихией, я могла танцевать до упаду, а здесь я почему-то стушевалась, словно находилась в огромной пустой комнате, и все софиты, которые были направлены на музыкантов на сцене, светили на меня.
Юлька помахала мне рукой, она была почти рядом – её высокая фигура возвышалась над всеми вокруг, разве что еще несколько человек во всем зале были такими же высокими, как и она. Я махнула ей в ответ, снова протискиваясь в её сторону, и тут наткнулась на твердую, остро пахнущую кожей, мужскую грудь. Почему именно мужскую, было очень просто определить – эта грудь была широкой и рельефной, но рельефы были не женские, а очень мускулистые.
Среди тех, кто плясал в зале мускулистых мужских грудей было навалом, и наснимала я их вдоволь еще на моменте саундчека, пока холл концертного зала наполнялся людьми.
Я подняла глаза, чтобы встретиться с глазами того, на кого я наткнулась, и замерла.
Залитые полностью черным глаза, смотрели в мои – напряженно и выжидающе, словно владелец черных глаз проголодался и предвкушал пиршество.
Он стоял будто бы в толпе, и одновременно нет – свет софитов огибал его. Он выглядел мрачно и притягательно, длинные черные волосы были распущены по плечам, а черный кожаный пиджак до середины бедра на голое тело только подчеркивал красоту его бугристых мышц.
Мои глаза спустились ниже, и я разглядела черные брюки и высокие кожаные сапоги на шнуровке. Мужчина наклонил голову к плечу, отчего волосы, небрежно рассыпанные по плечам, закрыли его лицо. Он заправил их за уши одним легким привычным движением, и кивнул мне.
Он выделялся в толпе неформалов так, словно случайно выпал в этот зал из готического романа. Залитые черным глаза пронзительно смотрели на меня, словно буравили насквозь. Он словно сканировал меня, видел насквозь, раздевал меня, рассматривал, но не двигался и не улыбался, и в этом взгляде было столько силы, что я на мгновение прикрыла глаза.
