Мир Элириума никогда не знал покоя, ибо сама его суть была рождена из величайшего противоречия, которое только могло вообразить мироздание. Представьте себе полотно, разорванное надвое безжалостной рукой творца: на одной стороне застыл вечный, ослепительный полдень, где золотое солнце выжигает саму память о прохладе, а на другой – воцарилась бесконечная, бархатистая ночь, прошитая искрами далеких и холодных звезд. Это не просто география, это приговор, запечатленный в камне, воде и тени. Жители этого мира привыкли мерить жизнь не часами, а интенсивностью сияния или глубиной мрака. В Секторе Дня люди строят дома из белого мрамора, чтобы отражать нещадный свет, и их глаза, привыкшие к вечному блеску, почти разучились видеть нюансы сумерек. В Секторе Ночи жизнь течет иначе – там ценятся шепоты, мерцание магических кристаллов и тишина, которая тяжелым плащом ложится на плечи каждого встречного. Но между этими мирами пролегает Граница – тонкая, дрожащая полоса вечных сумерек, где магия обоих полюсов сталкивается в безмолвной и яростной схватке. Именно там, согласно древним свиткам, сокрыта тайна, способная либо исцелить расколотую реальность, либо окончательно превратить её в прах.
Легенда о Слиянии передавалась из уст в уста на протяжении тысячи лет, обрастая подробностями, страхами и надеждами. Старики в тавернах Светоземья шептали, что придет день, когда небесный свод содрогнется, и две половины мира устремятся друг к другу в фатальном объятии. Для одних это было обещанием гармонии – возвращением к мифическим временам, когда солнце заходило за горизонт, а луна приносила заслуженный отдых. Для других же это стало синонимом конца света, ведь столкновение столь полярных энергий не может пройти бесследно. Магия Звездных Ткачей, некогда процветавшая и державшая мир в равновесии, почти угасла, оставив после себя лишь горький привкус утраченного величия и горстку преследуемых носителей древней крови. Элара была одной из них – последней нитью в узоре, который грозил распуститься навсегда. Её жизнь была чередой побегов и маскировок, её даром было умение слышать музыку небесных сфер, но эта музыка всё чаще превращалась в тревожный набат, предвещающий бурю, от которой не спрятаться ни в свете, ни в тени.
В то же время, в глубинах Царства Теней, где магия черпает силу из пустоты и невысказанных желаний, рос тот, кому суждено было стать её отражением и её погибелью. Каэль, чье имя на древнем наречии означало «Осколок полуночи», познал вкус предательства раньше, чем вкус первой победы. Принц, лишенный трона и изгнанный собственным отцом, он стал воплощением той самой тьмы, которой так боялись на светлой стороне. Но была ли его тьма злом? Или это была лишь необходимая составляющая равновесия, без которой свет превращается в выжигающую пустыню? Его магия была острой, как обсидиановый клинок, и холодной, как межзвездное пространство, но внутри него горел огонь, который не могла потушить ни одна магическая стужа. Он искал не власти, а смысла в мире, который, казалось, окончательно сошел с ума от собственной двойственности. Его путь лежал к Границе – туда, где, по слухам, пробуждалась древняя сила, способная бросить вызов самим богам.
