ГЛАВА 1 Закон сообщающихся сосудов
Мой мир рухнул за шесть часов до того, как я провалилась в другой. Буквально. Я сидела в нашем – нет, уже в его – уютном кафе с панорамными окнами и смотрела, как по мокрому асфальту бегут жёлтые отражения фонарей. В руке – распечатка бронирования. «Райские острова, буungalow на двоих, с 15-го по 30-е». Дата завтрашняя. А ещё одна распечатка, из почты его секретарши, неосторожно пересланной мне вместо отчёта, гласила: «Дорогой, жду не дождусь нашей поездки! Твой развод уже почти готов, правда?»
Алексей, мой Алексей, мой начальник и тайный любовник последних двух лет, вчера целовал меня в макушку и говорил, что едет в скучнейшую командировку в Нижний Новгород «поработать с сетями». Сетями. Я, Александра Воронцова, инженер-проектировщик городских коммуникаций, повелась на каламбур. Я даже пожалела его и испекла шарлотку, которую он, должно быть, скармливал сейчас своему лабрадору, собирая чемоданы на море с законной супругой.
Ирония была столь густой, что ей можно было штукатурить стены. Специалист по водоснабжению и канализации не заметила, что её банально «слили». Как засорившуюся трубу.
Вот только я была не единственным засором в его системе, как выяснилось. За два года я свято верила в его историю про жену-истеричку, брак-пустышку и грядущий развод «буквально вот-вот». Оказывается, «буквально вот-вот» он обещал и другой – той самой секретарше, чью почту я случайно прочла. А, возможно, и не только ей. Я была его московским «филиалом». Удобным, не требующим обязательств, с интеллектуальными беседами после секса и наивной верой в общее будущее. Общая квартира? Убежище от обеих «официальных» жизней. Общие счета? Отличный способ переводить премии. Общие планы? Декорации для моих дурацких снов. Я думала, мы строим дом. Оказалось, я была наёмным прорабом, которого даже не собирались проплачивать по окончании работ.
Я не плакала. Я сидела и считала. Шестьсот сорок три тысячи на совместном счету, которые он, судя по смс от банка, перевёл сегодня утром на карту «для семейных нужд». Два года, три месяца и четырнадцать дней. Три подаренных мне дорогих платья, висящих в шкафу как памятники моей наивности. Я мысленно выстраивала эти цифры в аккуратный столбик, как в смете. Боль отступала, уступая место ледяному, ясному гневу. Я могла рассчитать нагрузку на перекрытие моста, но не смогла вычислить подлость в глазах мужчины, который целый год клялся, что брак пустая формальность.
Мой телефон завибрировал. Сообщение от него: «Саш, вылетаю. Связь может пропадать. Целую. Люблю».
