Мне пришлось пройти через многое. Бои без правил на Арене, безжалостные уличные драки, жизнь в разорванном времени, никакой надежды на возвращение…
Но я не сдаюсь. Я найду любимого и затерявшуюся в запутанных хронопластах таммеотскую принцессу, несущую в себе третий ключ к блуждающим Вратам. Ведь только они способны вернуть нас всех обратно!
Враг? О, этот отыщет меня сам!
Себе на беду, разумеется.
Болела голова. Я шевельнулась, почувствовала под затылком что-то твёрдое. И достать бы, но в теле не осталось ни капельки сил. От слабости буквально вдавливало в землю.
Земля... Одно название. Каменистая неровность, не из самых тёплых к тому же.
Пахло костром, и тут же я уловила на слух характерное потрескивание. Так горит дерево, а ещё так бывает, когда на костре поджаривают что-то съедобное. Пришёл и запах, густой, мясной. Но вместо голода к горлу подкатило тошнотой. Я с трудом перекатилась на бок, чтобы не захлебнуться в собственной рвоте. Это простое движение отняло так много сил, что я, кажется, снова потеряла сознание на какое-то время. А рвота так и не пришла.
Да уж. Как мало, однако, надо для счастья! Чтобы тошнота не завершилась фонтаном тогда, когда ты меньше всего к этому готова.
Я попыталась сжать кулак, вызвать огонь. Ничего не получилось. Огня не было. Вообще. Сначала, по-видимому, надо придти в себя. Избавиться от проклятой слабости… А то что же такое, одно, не самое сложное, движение, и всё тело в поту, как будто ворочала весь день неподъёмные камни.
И опять я увидела копыта с выжженными прямо на роговом башмаке «солнышками». Их обладатель сел рядом – коленками назад, в другой раз посмеялась бы я над его позой, сейчас что-то на смех не тянуло вообще.
Откуда? Откуда рядом со мной взялся живой нивикиец? Ну откуда же, а?! Даже думать не хотелось о том, что бы это могло означать.
Парень, а не девушка. Так-то они тоже млекопитающие, не спутаешь. Да и волосы девушки носят не так. И лица у девушек тоньше, изящнее, потому как половой диморфизм выражен сильнее, чем у нас, Человечества.
Он помог мне сесть, опереться спиной о скалу. Я едва не потеряла сознание снова, но как-то умудрилась обойтись без провала в бездну. В руку мне сунули плоскую баклажку с питьём, а то, что мешало лежать, оказалось выгнутым уголком из полупрозрачного материала, похожего на топаз. Уголок нивикиец положил мне на колени. Всё молча, будто ему отрезали язык.
Я коснулась пальцами гладкой поверхности топазового уголка. Слабый отклик продёрнул меня в самый нерв: да это же кристалл с Геддарсу! Живой, хотя тоже пострадавший, как и я. Ой-й… Что он со мной сделает, если ему покажется, что его тут обижают?
