ЧАСТЬ 1. ГРЯЗНАЯ РАБОТА В ЧИСТОМ ПОЛЕ
Глава 1. Где заказывают уборку, там иногда пахнет жареным
**Офис клининговой компании «Чистота — это наш метод!»**
*Россия, город N, цокольный этаж жилого дома, между стоматологией и магазином «Продукты 24 часа». Время: утро понедельника, которое даже магия не сделает добрым.*
Вера Кукушкина сидела за столом, который помнил ещё перестройку, и смотрела на акт выполненных работ за выходные. Акт был тонкий, как нерв её бухгалтера, и пахло от него безнадёгой.
— Значит так, — сказала она в пространство, где за раздвижной шторкой копошились её люди. — За субботу мы потеряли двух клиентов. Татьяна Петровна из пятьдесят шестой квартиры больше не хочет нас видеть, потому что Петрович, мать твою, уснул в её шкафу.
Из-за шторки высунулась лысая голова Петровича — мужчины шестидесяти двух лет, чьё лицо было испещрено морщинами глубже, чем марианская впадина.
— Я не уснул, — обиженно сказал он. — Я прилёг на пять минут. У неё там пледы пуховые. И дверь захлопнулась с магическим щелчком. Я вообще думал, что меня заживо похоронили, а вы даже не искали.
— Тебя искала её кошка. Всю ночь. Сидела под дверью и орала, пока хозяйка не вызвала МЧС. Кошка, Петрович, проявила больше эмпатии, чем ты за всё время работы. — Вера потерла переносицу. — Дальше. Ленуся, твоя очередь.
Из-за шторки выпорхнула девушка лет двадцати пяти в худи с принтом «Я не сплю, я медитирую над грязью». Ленуся была единственной в коллективе, кто сохранил розовые очки — и носила их даже в душе.
— А что я? — возмутилась она. — Клиентка сказала: «Уберите магическое наследие бывшего мужа». Я убрала. Оно само взорвалось. Я не виновата, что она хранила его амулеты в коробке из-под торта.
— Она хранила *проклятый артефакт третьей степени опасности* в коробке из-под «Птичьего молока». Ты открыла — он взорвался — у неё теперь на кухне не только стены в кремах, но и потолок в прошлом муже. Точнее, в его голограмме. Он там до сих пор парит и рассказывает, какой у неё безвкусный ремонт. — Вера сделала глубокий вдох. — Михалыч, не молчи.
Михалыч — водитель, грузчик и по совместительству тихий ужас компании — сидел в углу и пил чай из блюдца. Ему было под пятьдесят, он носил утеплённые жилетки даже летом и разговаривал в основном междометиями.
— Пф, — сказал Михалыч.
— Вот именно, — согласилась Вера. — Пф. Мы на грани банкротства. Если за эту неделю не будет крупного заказа, я продаю пылесосы и мы идём работать в доставку. Ленуся, ты будешь развозить пиццу в своём аниме-худи, и пенсионеры будут думать, что им приехал их внук-подросток, чтобы украсть телевизор.
