Вселенная скрипела.
Это не было метафорой. Это был фон, низкочастотный гул, вшитый в саму подкладку реальности. Его чувствовали кости. Его ловили заполненные кварцевой пылью нейроимпланты пилотов, вышедших на дальний галс. Его считывали чувствительные мембраны кораблей-челнов, плывущих по бездорожью космоса. Скрип. Будто гигантские, невидимые шестерни Мироздания, давно не смазанные, с трудом проворачивали свой непостижимый ход.
Анна Светогорова слышала этот скрип лучше многих. Её прозвали «Змейкой» не за характер – за умение извиваться ментальным стержнем между капканами искажённого пространства. Её корабль, «Веретено», был не столько судном, сколько продолжением её нервной системы: поскрипывающий каркас из кованого титана и призматического дерева, оплетённый жилами сверхпроводящих волокон. Он отзывался на её прикосновение к штурвалу-обручу лёгкой дрожью, будто чуткий зверь.
Она вела «Веретено» на «Вещий Клубок». Так в реестрах Дома Светогоровых обозначили аномальный объект, найденный на краю сектора «Поле Без Вести». По данным сканеров – полуразрушенная станция неясного происхождения, вмерзшая в гравитационную линзу. По слухам – ловушка, могильник для кораблей. По квантовому трепету, что Анна чувствовала кончиками пальцев через штурвал, – язва.
«Веретено» выплыло из прыжка с болезненным хрустом, будто костяшки позвонков встали на место. В иллюминаторе повисла чернота, но не пустая. Она была густой, как смола. И в ней, словно брошенный в деготь клубок ниток, висел «Вещий Клубок».
Объект был чудовищно не правилен. Он не имел формы. Он имел состояние. Представьте металл, забывший, что он твёрдый. Представьте свет, который не освещает, а лишь подчёркивает отсутствие чего-либо. Станция напоминала то ли кристалл, выросший в вакууме по законам неевклидовой геометрии, то ли внутренности какого-то колоссального механизма, вывернутые наизнанку временем и странными силами. От неё веяло тишиной, которая была громче любого взрыва.
– Причаливай, Змейка, – хрипнул в ком-линк голос дежурного по орбитальной страже. – Показания стабильны. Атмосферы ноль, радиация в норме. Просто руины.
– Норма? – Анна брезгливо сморщилась, всматриваясь в сканы. – У вас «норма» включает в себя гравитационные аномалии пятого порядка и хрональные искажения? Здесь время течёт с разной скоростью в разных отсеках. Это не руины. Это патологоанатомический театр.
– Контракт есть контракт. Дом хочет артефакты Предтеч, если они там есть. Найди команду «Громобоя», что пропала три цикла назад. Живых – вывези. Мёртвых – подтверди. Логи – изыми. Просто работа.
