ПРЕДИСЛОВИЕ: «Здравствуйте, я ваш кризис»
Эта книга — не про процессоры и нейросети. Она про трещины.
Про то, как болит чужое одиночество, когда твоя жена — последняя модель военного киборга, а ты — человек, который боится, что она полюбит тактический дрон. Или про то, как муж-андроид приходит с работы в юридическом департаменте и тихо ненавидит свой карбоновый позвоночник за то, что тот не гнется, когда ребенок хочет обнять его после кошмара.
Я — Максимилиан Олдрин. Двадцать семь лет назад я штопал искины боевых модулей на аутсорсе. Теперь штопаю браки. Разница лишь в том, что чип можно перепрошить. А вот чувство, что тебя используют как кухонный комбайн — нет.
Почему я написал это предисловие?
Потому что вам врут. Голливуд показывает, как киборг спасает мир. Корпорации продают «Идеального партнера 2.0» с функцией «понимаю с полуслова». Врачи меряют гормональный фон и заряд батарей. Но никто не говорит вам главного: когда в постели плачет женщина-киборг, слез нет — есть короткое замыкание. И диагностировать это может только тот, кто сам когда-то сгорел в быту.
В этой книге нет спасителей галактики. Есть:
— Мужчина, который завел роман с голосовым помощником жены (потому что тот слушал);
— Девочка-гибрид, которая отключает эмпатию на уроках литературы;
— И семейный терапевт, который вскрывает себе вену, чтобы клиент-киборг понял, что такое «боль утраты» (спойлер: это помогает).
Я написал это как руководство по выживанию. Для тех, у кого дома живет не человек. И для тех, кто сам перестал чувствовать себя человеком, живя с «идеальной машиной».
Первое правило футуристической психологии: если вы можете обновить ОС супруга — не обновляйте. Пусть лучше он зависает на старых драйверах любви.
Добро пожаловать в мой кабинет. Кофеварка слева — она обижается на сарказм. Диван справа помнит четырнадцать разводов. И один свадебный танец, когда жених-андроид вырвал себе блок распознавания страха, чтобы не бояться быть смешным.
Макс Олдрин, Нью-Токио, сектор 8, подвал без вывески.
Ровно полночь. Счетчик пациентов сброшен.
Пролог: Тест Тьюринга для брачного контракта
(или как я понял, что жена-андроид изменяет мне с зарядной станцией)
Она вернулась домой в 3:47 ночи.
Я знаю точное время, потому что полтора часа сидел на кухне и смотрел на индикатор ее геолокации. Точка на карте мигала у «Кибер-Лавки» на Седьмой линии — это такое место, где синтетические девочки танцуют для пьяных логистов с орбитальных станций. Моя жена, преподавательница этики в частной гимназии для одаренных детей, мать нашего приемного ребенка-гибрида, — она зависала там уже третью неделю подряд.
