Главная героиня: Варвара (Варя) Смирнова, 28 лет. Бывший филолог, сотрудник бюро переводов, а ныне — случайная наследница кошачьего приюта и по совместительству начинающий детектив-любитель. Характер: саркастичный, невезучий, но невероятно обаятельный.
«Я ценный кадр. Просто пока еще никто не знает, какой именно кадр меня ждет»
Пролог
Смерть под шуршание страниц
Тишина в старых библиотеках — она особенная. Она не просто отсутствует звук, она *давит*. Шелестит пылью по корешкам, поскрипывает половицами, дышит сквозняками из печных труб. И пахнет в таких местах не просто книгами, а временем — затхлым, сладковатым, чуть горьким, как старая карамель.
Аристарх Всеволодович Книжников эту тишину обожал. Он вообще был человеком старомодным: носил вязаные жилетки, не признавал электронных книг, а сотовый телефон держал исключительно для того, чтобы раз в месяц звонить внуку и спрашивать, когда тот наконец женится и подарит ему правнука, которому можно будет завещать библиотеку.
Внук, кстати, жениться не спешил. Поэтому библиотека пока висела на Аристархе Всеволодовиче мёртвым грузом. Точнее, висела она, конечно, на стенах, но старик чувствовал себя её последним стражем.
В тот вечер всё было как обычно. Он заварил крепкий чай с бергамотом, надел любимые войлочные тапки с протёртыми пятками и устроился в кресле с фолиантом середины девятнадцатого века. Книга попалась редкая — рукописный дневник какой-то барышни, жившей в их уезде лет сто пятьдесят назад. Аристарх Всеволодович как раз добрался до того места, где барышня признавалась в любви к местному красавцу-гусару, но боялась, что её выдадут замуж за старого князя.
— Эх, Елизавета Петровна, — прошептал старик, поглаживая пожелтевшую страницу. — Любовь зла, полюбишь и гусара. А князь-то, между прочим, был видный мужчина. Я его портрет видел. И с состоянием. Глупая ты была девица.
Книга скрипнула корешком, словно обиделась за барышню.
И тут в дверь позвонили.
Аристарх Всеволодович посмотрел на часы. Половина двенадцатого ночи. Кого там носит в такую темень? У него сердце слабое, ему волноваться нельзя. Но любопытство пересилило — он кряхтя поднялся, натянул халат поверх жилетки и поплёлся открывать.
На пороге стояла девушка. Растрёпанная, с огромными испуганными глазами и кошачьей шерстью на куртке. В руках она сжимала какую-то старую книжонку.
— Здрасьте, — выпалила она. — Извините, что поздно. У меня к вам дело чрезвычайной важности. Можно войти?
— Вообще-то уже ночь, — строго сказал Книжников. — А вы кто?
— Я Варя. То есть Варвара. Я по поводу вашей коллекции. Мне тётя завещала... ну, это долгая история. Можно я войду? А то мне холодно, страшно, и кажется, за мной кто-то следит.
