С генеральской трибуны раздался последний аккорд напутственной речи, и площадь взорвалась аплодисментами. Хотя, если честно, аплодировали далеко не все. Большинство стояли, напряжённо вглядываясь в лица кураторов, которые уже начали подходить к группам новобранцев. Я тоже не аплодировал. Вместо этого я старался запомнить как можно больше деталей: кто куда смотрит, кто как себя ведёт, кто нервничает, а кто, наоборот, выглядит слишком самоуверенным. В этом месте самоуверенность — первый шаг к провалу. Или к смерти.
— Группа 17-Б! — раздался резкий голос одного из кураторов, мужчины с лицом, словно высеченным из камня. — За мной!
Я взглянул на свой жетон. 17-Б. Ну что ж, начинается.
Мы двинулись за куратором, и я почувствовал, как в воздухе витает напряжение. Все вокруг, как и я, понимали, что теперь мы не просто новобранцы, а часть системы, которая либо сделает из нас боевых магов, либо перемолотит в пыль. Никаких промежуточных вариантов.
Куратор привёл нас к большому зданию из тёмного камня, напоминающему казарму, но с явными элементами магической архитектуры. Над входом висел герб академии: меч, пересекающийся с посохом, и корона над ними. Внутри нас ждал длинный коридор с множеством дверей.
— Это ваши комнаты, — сказал куратор, указывая на двери. — По четыре человека в каждой. Списки на дверях. У вас есть час, чтобы разместиться и подготовиться. Затем сбор на плацу для первого задания. Опоздавших наказывают. Серьёзно.
Я нашёл свою фамилию на одной из дверей и зашёл внутрь. Комната была просторной, но аскетичной: четыре кровати, четыре шкафа, один стол и окно с видом на тренировочный двор. Уже внутри находились двое: высокий парень с мечом за спиной и девушка с короткими каштановыми волосами, которая что-то записывала в блокнот.
— Валера, — представился я, кивнув.
— Артур, — отозвался парень, слегка кивнув в ответ. Его взгляд был холодным, но не враждебным. Скорее оценивающим.
— Лина, — сказала девушка, не отрываясь от блокнота. — Ты тоже из Пустошей?
Я на мгновение замер. С чего это она взяла?
— С чего вдруг такие выводы? — ответил я, стараясь выглядеть дружелюбно.
— Я хоть и из столицы, — сказала она, наконец подняв голову. Её глаза были зелёными, как лес после дождя. — Но мой отец служил в Пустошах. Рассказывал, что там ад на земле. Видела фото его бойцов, у них такой пронизывающий взгляд.
— Без этого там никуда. — усмехнулся я. – Но я тоже родом из Падежа.
Четвёртый сосед так и не появился, Артур оказался молчуном, и как устроился занимался лишь своим полуторным мечом. Он с него едва ли пылинки не сдувал. Вспомнилась фраза: «Моя прелесть!», мне кажется, умей я читать мыли, именно эту фразу и смог бы прочитать в мыслях Артура.
