Глава 1. Платье для покойницы
Портниха в третий раз вонзила булавку мне под ребро и попросила не дышать.
— Я стараюсь, — сказала я. — Но если вы намерены закончить платье прямо на мне, придется время от времени делать перерывы.
Женщина испуганно отступила.
— Простите, ваше величество.
— Я еще не королева.
— Через два часа будете.
Она произнесла это так, словно через два часа мне предстояло получить не мужа, а тяжелую, плохо подогнанную мебель, которую нельзя вернуть продавцу.
Я посмотрела в зеркало.
Платье действительно было красивым. Молочный шелк, серебряная вышивка по лифу, длинные рукава из тонкого кружева. По подолу тянулись изображения зимних цветов. На изготовление одного только корсажа ушло столько серебряной нити, сколько стоило содержать две семьи в Каменном Броде всю зиму.
Я знала это совершенно точно.
Последние три года мне приходилось считать даже стоимость подков для лошадей.
— Не затягивайте больше, — попросила я.
— По правилам королевского двора талия невесты должна быть...
— Я не стану тоньше, сколько бы вы ни тянули.
Портниха наконец убрала руки.
За ее спиной стояла Алма, моя горничная. Она служила еще моей матери, а после ее смерти осталась со мной. За двадцать лет Алма успела приобрести неприятную привычку говорить правду даже тогда, когда ее никто об этом не просил.
Сейчас она рассматривала свадебное платье с таким выражением, будто собиралась потребовать деньги обратно.
— Выглядите прекрасно, госпожа, — сказала она.
Я поймала ее взгляд в зеркале.
— А теперь правду.
— Лучше бы вам сегодня надеть дорожное платье и уехать домой.
Портниха уронила наперсток.
— Алма!
— Что? — невозмутимо спросила та. — Я не предлагала увести королевских лошадей.
— Выйдите на минуту, — попросила я портниху.
Та поспешно собрала булавки и почти выбежала за дверь.
Я повернулась к Алме.
— Мы это уже обсуждали.
— Я помню.
— Тогда зачем начинаешь снова?
— Потому что до свадьбы осталось два часа. Потом говорить будет поздно.
Я посмотрела на письмо, лежавшее на столе возле окна.
Бумага была помята на сгибах. Я перечитывала ее столько раз, что могла воспроизвести каждую строчку, даже не открывая.
Управляющий Каменным Бродом сообщал, что сборщики королевских долгов приезжали снова. Они составили опись двух мельниц, зернового склада и трех домов возле старой переправы.
На следующей неделе имущество могли выставить на торги.
Мельницы принадлежали мне, но работали на них люди, которым больше некуда было идти. В домах жили семьи работников. У некоторых было по четверо детей.
Долг когда-то взял мой отец.
После большого паводка размыло каменную насыпь, которая удерживала течение возле переправы. Без ремонта вода уничтожила бы и мост, и соседние поля. Отец занял деньги у торгового дома, уверенный, что успеет расплатиться за несколько урожайных лет.
