– Рейнир по прозвищу Хвост, немедленно открой дверь, а не то я ее выломаю! – раздался негодующий женский крик.
Голос принадлежал Текеллине – законнице из Асагены, следовательнице, а по совместительству единственному человеку в Союзе, которому хватало упорства таскаться за мной по всем неприятностям, в которые я имел обыкновение вляпываться. Во время первой из этих неприятностей она попыталась даже меня посадить. Потом как-то так вышло, что мы стали кем-то вроде друзей. Дружба наша, правда, по большей части состояла в том, что она на меня кричала, а я делал вид, что мне все равно.
Я лежал на кровати, закинув руки за голову, и не торопился открывать.
– Лина, это ты? – спросил я миролюбиво. – Какой приятный сюрприз. Ты уже вернулась в город?
– Открывай!
– Дверь не заперта.
Это была правда. Формально дверь была не заперта. Засов у меня изъяли по ряду причин по приказу той же Текеллины. Поэтому дверь была подперта стулом, так что открыть ее можно было только изнутри.
– «Не заперта», – раздался веселый голос с моего стола. – Формальная логика – великая вещь, но сейчас она тебя не спасет.
Это был Круадин. Меч. Точнее – существо, которое по большей части живет в облике меча, иногда браслета, а при необходимости – иных металлических предметов, и которое я подобрал при обстоятельствах настолько неправдоподобных, что рассказывать об этом посторонним – себе дороже. Круадин многое знает, еще больше болтает, обожает чужие неприятности и совершенно не умеет молчать.
Раздался глухой удар в дверь.
– Рей, я думаю, что она вполне серьезно настроена, – продолжил Круадин. – Я бы порекомендовал все же открыть.
– Да она же убьет меня! – прошептал я.
– Шанс подобного исхода, действительно, есть, хотя я полагаю, что ты склонен несколько драматизировать происходящее. Думается мне, что она просто набьет тебе морду. И уж точно ты от этого не умрешь.
– Молчи, – рявкнул я.
За дверью наступила пауза – та особенная пауза, когда человек дергает ручку, упирается в засов и делает выводы.
– Значит, вот как, – сказала Текеллина очень тихо.
Тихий голос Текеллины был хуже громкого.
Снизу, видимо с лестницы, донеслось робкое:
– Госпожа законница, я вас очень прошу, дверь-то новая, я ее только весной ставил…
Мастер Рео, хозяин Тарбовой обители. Достойнейший человек, чье заведение имело единственный недостаток: в нем жил я.
– Я возмещу, – сказала Текеллина.
Удар. Дверь вздрогнула. Стул поехал.
– О, она сейчас ее вынесет, – восхитился Круадин. – Рей, ты это видишь? В смысле – слышишь? Какая женщина!
– Лина, – сказал я, приподнимаясь, – давай как взрослые лю…
