В полуночной темноте, на отшибе города «N», посреди пустыря стояло двухэтажное здание из серого кирпича, и кругом тишина. Только проливной дождь лупил по трухлявым деревянным окнам, настойчиво требуя пустить его внутрь. В коридорах старого детского дома свет погасили уже давно, отчего серое здание со стороны казалось еще более мрачным.
Лишь маленький кусочек письменного стола в кабинете директора освещался тускло-мерцающим светом одинокого фонаря с улицы.
Рядом со столом стояла юная девушка, одетая в темно-зеленые штаны широкого кроя с множеством карманов по бокам и застиранную футболку, которая когда-то была белой, но от огромного количества стирок превратилась во что-то серое и бесформенное. Поверх ее плеч была накинута заношенная темно-серая кофта с капюшоном, а за спиной висел тяжелый рюкзак, сильно оттягивающий ей плечи.
Девушка торопилась. Стараясь не натворить шума и ненароком никого не разбудить, она один за другим плавно выдвигала металлические ящики стеллажа, ища то, ради чего пришла сюда сегодня ночью.
— Не понимаю, что им еще от меня надо? — бурчала она себе под нос, роясь в ящиках с документами, словно енот в мусорном баке.
— Я закончила одиннадцатый класс!
— Мне семнадцать лет!
— Ну и пусть я еще не совершеннолетняя… Но я имею полное право забрать свои документы, и свалить уже наконец отсюда! — разозлившись, она сильнее, чем нужно, захлопнула очередной ящик и машинально огляделась по сторонам. Вокруг по-прежнему было тихо.
Эту девушку зовут Юля и пару месяцев назад ей исполнилось семнадцать лет. Она воспитанница этого детского дома, где прошло все ее детство, если это вообще можно было назвать детством. Этим июнем Юля с горем пополам сдала выпускные экзамены в школе и собиралась поступить куда угодно, где студентам выдается общежитие, лишь бы не жить здесь. Вот уже целый месяц она пытается добиться от директора детского дома получения своих документов для поступления в вуз. Однако ей все время в этом отказывают, находя при этом нелепые отговорки.
Разбираться во всех причинах у девушки не было времени, поэтому она решила поступить радикально — выкрасть свои документы и будь что будет! Все равно она больше не планировала оставаться здесь ни на один день.
— Буква Ка… Ка… Ка! — тихо, но с нарастающим раздражением в голосе шептала себе под нос Юля, перебирая личные дела, отсортированные по алфавиту.
— Каталов, Кузнецова, Купоросов, Кудряшов… — зачитывала она фамилии, освещая серые папки фонариком своего кнопочного телефона.
— Да где, блин, Калинникова?! — разозлилась девушка, так и не отыскав нужной папки.
