Дубай сиял даже днем.
Нагло, вызывающе, будто солнце – его личная декорация. Сам воздух здесь был наэлектризован амбициями и деньгами.
Я стояла у панорамного окна на сорок девятом этаже, и город расстилался у моих ног как игрушечный: белоснежные яхты, неестественно яркая зелень пальм, песок цвета перегоревшей карамели.
В руках я сжимала планшет, сверяясь с таймингом.
Каждая секунда свадьбы британского миллиардера была расписана поминутно. Голова гудела от тонны информации, во рту пересохло от жары. Но контроль был моей второй натурой. Я держала все в ежовых рукавицах.
Как всегда.
– Лера, торт приехал, вот только верхний ярус завалился набок! – Катя подлетела ко мне, запыханно вставляя в ухо наушник. Ее каштановые волосы выбились из идеальной прически, глаза блестели от беготни. – Кондитер божится, что исправит торт за полчаса. Что делать?
– Пусть исправляет. И быстро. Заодно перепроверь фейерверк. Первые залпы должны дать ровно в полночь, – отчеканила я, не отрываясь от экрана. – В прошлый раз его запустили на три минуты позже. Клиенты чуть не устроили истерику.
Пообещав все выполнить в лучшем виде, Катюша умчалась.
Я тем временем пробежалась глазами по списку: двести гостей, живая музыка, устрицы, трюфели, река элитного пойла…
Вроде бы ничего не упустила.
Без ложной скромности, я отлично справлялась со своей работой.
И никто – абсолютно никто – не должен был видеть, что я на пределе.
Я включила трансляцию с камер в праздничном зале. Картинка загрузилась, и у меня перехватило дыхание.
Мой муж Егор стоял у барной стойки.
Ладно бы только стоял.
Его рука лежала на пояснице невесты. А ее пальцы с алым маникюром вцепились в его пиджак, прежде чем она притянула его к себе и поцеловала.
Жадно, глубоко, будто они были одни в этом зале.
Желудок сжался в тугой, тошнотворный ком, и я выключила планшет.
Никаких слез.
Никаких истерик.
Работа прежде всего.
Но сколько я ни твердила себе это, слезы рвались наружу. Пришлось сделать глубокий, дрожащий вдох.
– Лера, ты как? – Катя снова оказалась рядом, и ее голос прозвучал приглушеннее, осторожнее обычного.
Она все видела.
– Мы не будем говорить об этом, – натянув на лицо профессиональную улыбку, я сразу расставила акценты. – Проследи, пожалуйста, за официантами. Они не должны напутать с очередностью подачи десертов.
Катя молча кивнула, с сочувствием посмотрела на меня и удалилась.
Спустившись на первый этаж, я выскочила на набережную. Несмотря на палящий зной, я шла быстро, почти бежала, обгоняя туристов с их вечными селфи.
