Глава 1. Когда шутка перестаёт быть шуткой
Городской парк шумел привычной вечерней суетой. Алина и Вера сидели на деревянной лавочке неподалёку от центрального пруда, лениво потягивая тающий айс-латте из пластиковых стаканчиков. Вокруг неторопливо прогуливались пары, пролетали подростки на электросамокатах, но подруги то и дело утыкались в экраны своих смартфонов, отвлекаясь лишь на самые громкие звуки.
Вера, не спеша листая бесконечную ленту соцсетей, вдруг нахмурилась и повернула экран к подруге.
— Алина, ну твой Макс реально душный, — выдохнула она, качая головой. — Он тебе опять написал «ты где?» пять раз за последний час. Это не забота, а самый настоящий тотальный контроль. Ты на встрече с подругой или под домашним арестом?
Алина тихо рассмеялась, изящным движением поправляя свои роскошные, блестящие на солнце чёрные волосы. В её больших голубых глазах промелькнула снисходительная улыбка — та самая, которой она прикрывала лёгкое раздражение, чтобы не портить себе настроение.
— Да ладно тебе, Вер, — весело ответила она. — Он просто ревнивый. Зато вчера, между прочим, прислал мне прямо на работу цветы. Огромный, роскошный букет пионов. Весь офис от зависти чуть не лопнул. Девчонки полдня ходили рассматривать.
Это было её привычное оправдание: если есть цветы — значит, всё в порядке. Если есть повод для гордости — значит, выбор был правильным. Вера skeptically прищурилась, отпивая глоток латте.
— Пионы — это, конечно, весомый аргумент, — протянула она. — Но мне всё равно кажется, тебе с ним безумно скучно. Тебе нужен кто-то, кто встряхнёт тебя, а не этот твой прилизанный, правильный мальчик. У вас всё слишком предсказуемо.
Алина картинно закатила выразительные голубые глаза и шутливо отмахнулась:
— Ой, избавь меня от встрясок! Мне стабильность нужна, я драмы в жизни не выношу. Хотя… — она на секунду замолчала, хитро улыбнувшись, — ладно, признаю, иногда действительно хочется какого-то трэша. Самую малость. Чтобы кровь разогнать.
И в тот момент, когда она произнесла эти слова, ей вдруг стало не по себе: будто она выпустила наружу что-то, что до этого старательно прятала даже от себя. Словно сама фраза повисла в воздухе, тяжёлая и непрошеная, и парк на миг будто стал чуть тише.
Словно в ответ на её слова, шаги на тротуаре затихли, и прямо к их лавочке подошли двое парней. Они выглядели как абсолютные противоположности. Тот, что стоял чуть впереди — Евгений, — был высоким, стильным, в модной оверсайз-футболке и с лёгкой, обезоруживающей улыбкой. На его фоне второй парень казался нелепой ошибкой. Он был почти на полголовы ниже своего спутника, сильно сутулился и кутался в поношенную, выцветшую ветровку, которая явно знала лучшие времена. Кожа у него была болезненно бледной, серо-русые волосы лежали небрежно, будто он не замечал, как они падают на лицо. А когда он поднял голову, Алина невольно задержала взгляд на его глазах — они были странного, глубокого фиолетового оттенка, будто в них застыла чужая, древняя тьма.
