Мэри ждала с нетерпением своего 18-летия. Она хотела как можно скорее устроится на работу и съехать от родителей. Всю жизнь она слышала, что этот дом не её, и что она не имеет никаких прав в этом месте. Ей приходилось отрабатывать свой хлеб, готовя завтраки, обеды и ужины. К тому же, её отец считал, что уборка дома — сугубо её обязанность, которую она должна выполнять дважды в неделю.
Он зарабатывал хорошо. Матери не приходилось заботиться о деньгах. Её занимали лишь походы в театры, музеи, на различные выставки и показы мод в обществе таких же, как она жён богатых мужчин. Ну и, конечно же, её волновала внешность. Она считала, что именно благодаря её вдохновляющей красоте (и кое-каким стараниям) в их дом поступают чудесным образом деньги.
При этом и отец и мать считали, что это богатство никоим образом не должно избаловать их единственное дитя.
Когда Мэри была маленькой, у неё была няня, которая по совместительству занималась уборкой и готовкой. Но как только девочке исполнилось 7 лет, няню уволили. Все обязанности по дому легли на хрупкие плечи малышки.
Мэри бы засомневалась в том, родная ли она дочь своих родителей, если бы не была так сильно похожа на них обоих.
Но абсолютно каждый считал своим долгом лишний раз упомянуть об их невероятном сходстве.
Ранним утром своего совершеннолетия Мэри поспешила сообщить своим родителям, что через месяц съедет от них.
Мать посмотрела на неё своими большими удивлёнными глазами, как будто вдруг перестала понимать человеческую речь.
Отец же презрительно бросил: — Посмотрим через месяц, как ты будешь умолять оставить тебя дома. Ах, да. А зачем ждать целый месяц? Можешь прямо сейчас выметаться, неблагодарная!
Тут Мать вступилась было за дочь, но скорее опасаясь, что лишится бесплатной рабочей силы, чем проявляя материнские чувства. Но отец приказал ей замолчать.
Мэри хотела пойти в комнату, чтобы собрать вещи. Лишь тут она пожалела, что поспешила с объявлением. Надо было ей сначала найти жилье и перевести вещи. Теперь родители не позволили ей сделать это. Только документы ей удалось забрать с собой. Одно её успокаивало — было весеннее утро понедельника. Она поспешила в университет.
