Глава 1. Благословение и предупреждение
Её взгляд впился в чужое отражение в зеркале: всё те же прямые чёрные волосы, только они больше не блестели, все те же синие глаза, только уже равнодушные и колючие. Прядки волос дернулись, привлекая её внимание:
«Что это? Они что…? Шевелятся?! — руки метнулись к волосам, приглаживая непослушные пряди. — Кажется и глаза стали ярче… Но разве так бывает?» — она рассматривала себя чужими холодными глазами.
Дрожащие пальцы скользнули по белому, почти прозрачному лицу:
«Такая холодная…» — но рука тут же одернулась — под кожей словно пульсировало что-то само по себе. Сердце заколотилось, заглушая все звуки — то ли от страха, то ли от любопытства.
Подойдя к зеркалу еще ближе, она попыталась рассмотреть себя лучше, но отшатнулась от собственного дыхания — оно оставило морозный след на зеркале и то тут же потрескалось.
Попятившись назад, она вздрогнула от скрипа старой половицы — звук был громче обычного. Она замерла на месте прислушиваясь к своим ощущениям. Каждый звук теперь слышался четче — она слышала даже голоса людей, которых не было рядом. С каждой минутой их стоны становились отчетливей, въедаясь в череп и оседая в памяти.
Она понимала, что чтото не так. Чтото изменилось в ней, но она не понимала, что именно.
«Может, я схожу с ума?» — пронеслось в её голове. В панике она рухнула на пол, вцепившись в волосы, и затряслась от беззвучных рыданий. Она пыталась успокоиться — вдыхала носом и выдыхала через рот. Но это не сработало — глаза замутнились от слез. Она задержала дыхание и досчитала до десяти, а затем медленно и глубоко вдохнула.
— Фу! Какая гадость! — она резко вскочила на ноги, будто её подбросило нестерпимой вонью.
Из-под половиц тянуло сыростью и гнилью.
— Что тут сдохло?.. Вот дерьмо! Аж блевать хочется!
Рука взлетела ко рту, взгляд метнулся к зеркалу — в отражении чтото дрогнуло. И это были не её движение — отражение в зеркале зажило собственной жизнью. За её спиной пульсировали тени. Это было не просто игра солнечных лучей. Из угла разрасталась тьма Нави.
Резкий поворот — всё как обычно: старый сундук у стены, вышитые рушники на гвозде, икона в углу с потускневшим ликом. Но стоило ей развернуться к зеркалу снова, как страх швырнул её назад.
— Твою ж мать! — выкрикнула она.
Её взгляд заметался между зеркалом и дальним углом комнаты. Три сгустка из теней и пустоты смотрели прямо на неё. Это было нечто бесформенное и пульсирующее. Что-то, от чего начинало шуметь в ушах. От чего горло перехватывало, лишая возможности вдохнуть.
