Часть первая. Фундамент. Глава 1. Заказчик.
Он пришёл на закате. Или на рассвете — в мастерской не было окон, выходящих на восток, и я так и не научился различать время по теням на стенах. Важно было другое: он пришёл, а до этого его не было. Я не слышал шагов, не слышал, как открылась дверь. Просто поднял глаза от листа, и он уже стоял напротив.
Я не запомнил его лица.
Не в том смысле, что оно было скрыто или размыто. Я смотрел на него — и не мог удержать черты. Каждый раз, когда я моргал, они складывались заново. Овал то вытягивался, то округлялся. Глаза меняли цвет, но ни один из этих цветов не имел названия. Одежда была серой — но серая, как стена, на которую не обращаешь внимания.
Я подумал: «Наверное, это нормально». И перестал пытаться запомнить.
— Мне нужно здание, — сказал он. Голос звучал из-за моей спины, хотя он стоял передо мной. Я не обернулся. — Здание, в котором люди будут забывать.
Я ждал продолжения. Он молчал.
— Забывать что? — спросил я.
— Всё.
Слово повисло в воздухе. Я смотрел на чистый лист перед собой. Кончик пера замер в миллиметре от бумаги.
— Обычно, — сказал я, — заказывают дома. Или башни. Иногда — мосты. Я не строил зданий для забывания.
— Построишь.
Он не спросил. Он утвердил. Я хотел спросить, откуда такая уверенность, но поймал себя на мысли, что уже не помню, как долго стою с пером на весу. Секунду? Час? В мастерской было темно, и только лист под рукой казался светлым пятном.
— Есть условия, — сказал я. Это была обычная фраза. Я говорил её всем заказчикам, хотя сейчас не мог вспомнить ни одного.
— Камни, — ответил он. — Рабочие. Плата. Всё будет.
Он положил на стол мешочек. Кожаный, стянутый ремешком. Я не слышал звона монет.
— Посмотри, — сказал он. — Всё честно.
Я развязал ремешок. Внутри были монеты. Я держал их в ладони, пересчитывал, хотя цифра не удерживалась. Двенадцать? Тринадцать? Я закрыл мешочек.
— Хорошо.
Он кивнул. Или мне показалось. Когда я поднял глаза, его уже не было.
Я остался один с листом и мешочком.
Я взял перо и провёл первую линию. Она легла ровно, без дрожи. Я смотрел на неё дольше, чем нужно. Потом отложил перо и открыл дневник.
Дневник был толстым, в кожаном переплёте. Я вёл его для записей о заказах. Я открыл первую страницу — там было пусто. Перелистнул. Пусто. Я листал долго, может быть, слишком долго, пока не добрался до середины, где ещё оставались строчки, написанные мной.
Я написал:
«Получил заказ на здание для забывания. Заказчика не запомнил. Монеты в мешочке — двенадцать (тринадцать?). Первая линия лежит ровно».
