Дождь.
Для начала этой осени дождь стал чем-то обыденным. Он то изливался бурными, но короткими водопадами из тяжелых переполненных туч или нудно в течение дня капал и моросил, умудряясь проникать под верхнюю одежду. Ливневые стоки по обыкновению не справлялись с потоками мутной воды, несшими в себе опавшие листья и прочий мелкий мусор, от чего улицы мгновенно превращались в венецианские разливы. На этом сходство с Венецией заканчивалось. Ну а солнце вообще на что-то обиделось и не показывалось на небосклоне, поэтому ночная темнота просто сменялась на дневную серость.
И это утро, увы, не стало радостным исключением.
Под подушкой в неистовом жужжании завибрировал телефон, оповещая свою хозяйку о том, что пора просыпаться и петь. Но просыпаться и тем более петь девушке не хотелось. Нащупав рукой неугомонный аппарат, вибрация от которого через подушку отдавалась в голове у девушки, взбивая мозг в смузи, она со всей ненавистью ткнула в экран, отправив будильник в нокаут до следующего утра.
«Еще пять минуточек», - уговорила девушка саму себя.
Но погрузиться в сладкую утреннюю дремоту так и не получилось – услышав за дверью долгожданные шорохи, в комнату с неимоверным «ржавым» мяуканьем стал скрестись кот.
Какофония этих отвратительных звуков резала еще не проснувшийся слух девушки. В надежде прекратить свои страдания она с глубокой неохотой вытащила из-под головы теплую мягкую подушку и запустила ею в комнатную дверь. Послышался глухой звук удара. Долетела!
Кота такое отношение к своей персоне возмутило и в отместку от начал орать еще громче и противнее.
За дверью послышалось шуршание тапочек о ковер, затем приоткрылась дверь и впустила за собой узкую полоску желтого света электрической лампочки.
- Даша, вставай, а то не успеешь позавтракать, - послышался звонкий женский голос.
Девушка лишь угукнула в ответ севшим после сна голосом и приоткрыла левый глаз.
Комнату постепенно заполнял серый пасмурный свет. Девушка перевела взгляд на окно. Жирные капли струйками стекали по стеклу, по пути огибая неведомые преграды, а муха, пригревшаяся на раме, спокойно спала. Утреннюю тишину комнаты нарушал лишь глухой и монотонный стук капель, падающих на карниз. Отсутствие солнца девушку никак не удивило, но все равно где-то глубоко внутри погасла крохотная искорка надежды, оставив после себя лишь неглубокое чувство досады.
Смирившись с неизбежным, Дарья медленно села на край кровати, пытаясь найти в себе желание куда-то идти и уповая на какой-нибудь катаклизм, из-за которого отменят уроки. После летних каникул перестроиться на новый режим было ой как тяжело.
