Глава 1: Протокол «Падение»
Тьма не была пустой. Она обладала весом, температурой и удушающим характером. Это была густая, маслянистая субстанция, пропитанная едким запахом паленой изоляции и перегретого пластика, который забивался в носоглотку, вызывая судорожные рвотные позывы. Кайден чувствовал, как легкие при каждом вдохе словно наполняются раскаленным песком.
Он очнулся от собственного крика. Звук, рожденный в самой глубине легких, захлебнулся в плотном облаке серого дыма. Первое, что пробилось сквозь пелену шока и ватную тишину контузии – ритмичный, бьющий по натянутым нервам сигнал.
Бип… Бип… Бип…
Оранжевый свет аварийных ламп пульсировал в такт этой механической агонии. Короткие вспышки выхватывали из темноты фрагменты хаоса: искрящие жилы высоковольтных проводов, похожие на вспоротые нервы стального гиганта; вырванную с мясом приборную панель, из недр которой сыпались искры; и капли крови. Из-за сбоя системы искусственной гравитации багровые сферы медленно дрейфовали в воздухе, вращаясь вокруг своей оси, словно крошечные, зловещие планеты в миниатюрной мертвой вселенной.
– Компьютер… статус… – прохрипел Кайден.
Собственный голос показался ему чужим, надломленным. Горло саднило так, будто по связкам несколько раз прошлись крупнозернистой наждачной бумагой, оставляя лишь саднящую рану.
– Критическое повреждение внешнего корпуса, – отозвался спокойный, пугающе безучастный женский голос ИИ. В этой интонации не было сочувствия, только холодная констатация факта. – Система пожаротушения подавлена коротким замыканием в секторе семь. Уровень кислорода в герметичном отсеке: пять и девять десятых процента. Скорость падения стабилизирована. Внешняя среда: атмосферный вход завершен. Планета идентификации: Кеплерия-9. Обнаружена глобальная водная поверхность. Вероятность выживания при текущем векторе повреждений: одиннадцать процентов.
Одиннадцать процентов. Кайден горько усмехнулся, почувствовав на губах соленый привкус крови. В казино «Атласа» с такими шансами даже не пускали за стол.
Он дернул рычаг фиксатора кресла, надеясь освободиться от ремней, но сталь заклинило. В груди мгновенно вспыхнула острая, режущая боль – при ударе о плотные слои мезосферы удерживающие лямки едва не перерезали его тело пополам, оставив на ребрах глубокие багровые полосы. Игнорируя вспышки боли в глазах, он рванул за ручку ручного пламегасителя, пристегнутого к боковой стенке. Пальцы, липкие от пота и сукровицы, соскальзывали с холодного металла. Наконец, издав яростный рык, он вырвал чеку.
