Предупреждение
Вы открыли тёмный роман. В нём присутствуют темы, которые могут вас расстроить:
— Слом личности
— Принудительная близость
— Токсичные отношения
— Дисбаланс власти
— Морально-неоднозначный финал
— Насилие: эмоциональное, физическое, сексуальное, (в т.ч. принуждение, изнасилование)
— Газлайтинг
— Манипуляции
— Публичные унижения
— Сцены драк в волчьей форме
— Убийства
— Откровенные сексуальные сцены
— ПТСР
— Измена
— Принуждение к сексу при свидетелях
— Нецензурная лексика
Если что-то из списка триггеров вы считаете для себя неприемлемым, пожалуйста, отложите книгу и найдите другую.
Благодарности
Илания, спасибо за твоё терпение, поддержку и веру в меня. Я знаю, что вынесла тебе мозг с обложкой, но… готовься к следующей)))
Огромное спасибо моим бета-читательницам:
Дарье, заставившей меня поклясться, что я не буду ничего менять.
И Анне, которая назвала Деклана «мразью ***ой» — это лучший комплимент, значит, он получился таким, каким и был задуман.
Посвящается
Тем, кто сломан. Помните, вы не одни.
Три года назад
Лара
— Лара, ну согласись, он же просто красавчик! — голос Кейт едва пробивается сквозь оглушительный рёв трибун.
Я рассеянно киваю в ответ и провожу пальцем по краю бумажного стакана с попкорном, к которому я так и не притронулась. Снова оглядываюсь. Моё сердце сжато в тугой, тревожный комок, а по спине стекают ледяные мурашки.
Взгляд скользит мимо парня, что весь матч без устали пинал спинку моего кресла. Я вглядываюсь в ряды болельщиков, выискивая источник нарастающей паники. Меня не покидает мерзкое ощущение, что за мной следят.
Буравят взглядом затылок, лопатки. Пытаются проникнуть под кожу. Настойчиво. Безжалостно. Неотвратимо.
Волчица внутри меня опасливо жмётся и поскуливает, остро чуя опасность, и я натягиваю капюшон, пытаясь спрятаться, раствориться в бушующей вокруг меня толпе.
— Ты вообще меня слушаешь?! Майк Росс! Он же просто бог! — Кейт вцепляется мне в плечо, заставляя вздрогнуть. — А его задница… — стонет она, прикрыв глаза. — Ты видела её? У меня просто нет слов! Так бы и впилась в неё зубами.
— Ага, — машинально отвечаю я, нервно сжимая стакан так сильно, что хлипкий картон легко мнётся в пальцах.
Мысли кружатся вихрем.
Кто он? Почему так смотрит на меня?
Что. Ему. Нужно?!
Господи, зачем я вообще согласилась пойти на этот чёртов футбол?
Надо было остаться дома и готовиться к экзаменам, до которых осталось всего ничего, а не сидеть здесь, среди ревущей толпы, задыхаясь от густой смеси запахов оборотней, пива и жареной еды.
И всё это под прицелом чьего-то чужого тяжёлого взгляда.
