Глава 1. Снова «Радушный приём»
14 число Двойной Луны
341 год от Нашествия тварей
Радгаст, Залан
Новый Антал
Аларик пришёл в себя резко, рывком. Вырвался из липких и душных объятий небытия и боли запредельным усилием воли, стискивая зубы и направив на это действие всю накопившуюся за последнее время ненависть и злость.
Тело Крафта выгнуло судорогой. Он сел на узкой кровати и, зарычав, стал оглядываться налитыми кровью глазами, полными звериного бешенства. Вокруг были не развалины старого дома, куда упал, разлетевшись на ледяные осколки, птерос, а скромная комната с небольшим окном, узкой кроватью, маленьким столом, табуреткой и шкафчиком в нише.
— Очнулся? — донёсся ровный и совершенно безэмоциональный голос из темноты в углу.
За окном был поздний вечер. Крафт всмотрелся в сгустившиеся тени и только теперь смог различить в них человеческий силуэт в длинном балахоне, под капюшоном которого зияла совершенно уж непроглядная Тьма.
— Где я? — глухо выдавил из себя Аларик, огромным усилием воли унимая бушевавшую внутри ярость.
— В келье. В моём храме в Новом Антале.
Спрашивать, кто перед ним, Крафт не стал. Он и так это знал. Безликий. Младший жрец солнцепоклонников, который ещё не заслужил официальный сан и потому не получил нового имени, и скрывал лицо.
— Как я здесь оказался?
— Я нашёл тебя в Норбуке и доставил сюда. — отозвался Безликий и поинтересовался: — Это тебя Шольц заклинанием мороза так угостил?
Перед глазами Аларика мелькнуло произошедшее, и он зло выругался:
— Нет. Не он. Это Киллари!
— Твоя жена? — в голосе Безликого не слышалось удивления, но Крафт готов был поспорить, что солнцепоклонник поражён.
— Она... Я однажды имел неосторожность рассказать ей один из диверсионных приёмов. Как незаметно подправить рунопись защитного аркана, чтобы он сработал как заморозка.
— Дурак.
— Зна-а-аю-ю-ю... — протянул Аларик и откинулся на тощую подушку.
Странно, но оскорбление Безликого Крафта успокоило. Чего, собственно он ожидал от своей остроухой жёнушки? Аларик прекрасно знал, что инка его ненавидит и, как ни парадоксально, он любил Киллари именно за это. Мужчине нравилось, что она трепыхается, сопротивляясь его власти, и постоянно пытается напакостить ему, внешне играя роль покорной и добропорядочной супруги. Он получал удовольствие от этого противостояния.
— Ты провалялся без сознания несколько часов. В городе многое произошло.
— И? — встревожился Аларик. — Что именно?
— Твой отец и Присцилла мертвы.
— Что-о-о?
Крафт резко вскочил, рванулся к Безликому, желая схватить того, встряхнуть и потребовать признания во лжи, но в полуметре от тёмной фигуры наткнулся на невидимую стену и отлетел к противоположной стороне комнаты.
