Судорожный вздох разорвал болью грудную клетку. Больно было так, что перед глазами заплясали звёздочки, но я продолжала жадно вдыхать, будто не дышала не пару секунд, а целую вечность. С каждым новым вдохом боль уходила, отступала, я словно заново училась дышать. Так бывает, когда от падения или удара вышибает весь воздух из грудной клетки, и первые мгновения с нарастающей паникой ты пытаешься его туда вернуть.
Дыхание стало более ровным и не таким судорожным. Перед глазами перестали вспыхивать новые вселенные и расходиться разноцветные круги. Постаралась открыть глаза.
Вот это меня приложили!
Прогулка по ночному парку поздно вечером рано или поздно и должна была так закончится. Чего искала, то и нашла.
Внутри снова полыхнуло болью, только теперь не физической. Усилием воли постаралась отстраниться от этого. Хватит. Довольно страданий. Получила по голове, но вроде бы жива.
Постаралась пошевелиться и у меня даже получилось. Только ощущения были странные. Я будто лежала на груде чего-то непонятного, жесткого, тонкого, впившегося по всему телу и вызывавшего зуд.
Глаза еще как-то плохо открывались, словно ресницы разом склеились, оставляя только тонкие щелочки, сквозь которые проникал свет, но почти ничего не было видно.
С трудом села. Каждое движение отдавалось болью и каким-то натяжением, как будто меня тянули за одежду или я приклеилась к чему-то липкому.
Да где я, черт возьми!
В парке было грязновато, осень все-таки, накануне был дождь, но что-то я там не помню ни болота, ни бурелома, а судя по тому, что я нащупала какие-то переплетения веток, лежала я аккурат среди кроны поваленного дерева или какого-то ветвистого кустарника. Руки вокруг нащупывали только тонкие, плотные, гибкие ветки, как будто я в гнезде огромной птицы.
Подняла руки к глазам ощупывая. На веках как будто какой-то нарост. Окатило волной страха. Это еще что?!
Заскребла, затерла по глазам, стараясь подцепить эту корку или что это вообще?
Не сразу, но у меня получилось отодрать какие-то корки от глаз, выдирая прямо с ресницами. Фу, какая гадость! Я брезгливо отряхнула руки и, наконец, огляделась.
Я и правда сидела посреди гнезда. Вокруг и подо мной грудились толстые и тонкие ветки то ли растения, то ли каких-то канатов из непонятного вещества. Потрогала рукой, ковырнула ногтем, но на ветке не осталось ничего, как будто или кора слишком толстая, или это и вовсе не ветки.
Очнулась я тоже не в парке, а в каком-то здании. Где-то капала вода. Медленно, тягуче и пробирающе до мурашек.
Было темно. Пусто и очень пыльно. Но самое странное — это обстановка. Как в музее. Высокие и узкие окна, драпированные тяжелые и пыльные шторы, ковры, в цвете которых смутно угадывался красный. Тяжелая массивная мебель. И все это покрыто толстым слоем пыли, она лежала везде. Даже не пыль, а прах какой-то, поднимающийся в воздух от каждого моего движения.
