Глава первая
В детстве Оливия думала, что у каждого человека есть место, откуда он появился.
У кого-то оно пахло мамиными духами и свежим хлебом. У кого-то табаком отцовской куртки, мокрой шерстью собаки или яблоками, которые бабушка хранила в ящике под кроватью. Даже если дети не помнили самого первого дня, им рассказывали о нём. Показывали фотографии, повторяли семейные истории, спорили, на кого похож нос и в кого пошли глаза.
У Оливии была запись в папке.
Её нашли у приюта. При ней лежала записка с именем и больше ничего.
Когда она была маленькой, то часто представляла себе дверь приюта: тяжёлую, деревянную, с облупившейся краской у порога. Представляла руки, которые поставили ее корзину на ступеньки. Иногда эти руки спешили: оставив ребёнка и сразу исчезали за углом. Иногда задерживались. Однажды в её воображении женщина даже вернулась, подняла корзину и прижала младенца к груди, но эта версия была самой короткой: Оливия не знала, что заставило бы ту женщину уйти во второй раз.
С возрастом фантазии стали реже. Ответов от этого не прибавилось.
Приют не был ужасным местом. И не был домом. Там всегда находились чистые простыни, горячая еда и взрослые, которые знали, когда у детей уроки. Но у каждого правила была причина не обязательно объяснённая, а у каждого ребёнка своя папка, где начало его жизни умещалось на нескольких страницах.
Оливия научилась не спрашивать слишком настойчиво. Воспитательницы не знали, кто её родители. Полиция не нашла тех, кто оставил её. Бумаги из приюта не менялись оттого, что она перечитывала их снова и снова.
После выпуска она несколько месяцев снимала комнату вместе с двумя девочками из приюта. Потом те разъехались, и Оливия перебралась в маленькую квартиру над прачечной. Её жизнь не рухнула и не сложилась как это принято считать - она просто понемногу потекла в сторону, которую никто заранее не выбирал.
Поступить учиться не получилось. Сначала не хватило баллов на программу, о которой она мечтала; потом пришлось выбирать между подготовкой к следующей попытке и оплатой комнаты. Оливия сказала себе, что попробует ещё через год. Через год у неё появилась работа. Потом - договор аренды, счета, смены и привычка откладывать важные решения до тех пор, пока на них не останется ни времени, ни сил.
С отношениями вышло примерно так же. Однажды ей казалось, что всё наконец начинается. Потом оказалось, что они с тем человеком смотрят в разные стороны и каждый ждёт, что первым изменится другой. Они расстались без крика, почти вежливо. И вот, Оливия вернулась домой одна и долго убеждала себя, что ей легче.
