Рабочий день на заправке подходил к концу. Вернее, моя смена. Я уже мысленно снимала форму и представляла, как рухну на диван с чашкой горячего чая. Оставался последний клиент, и можно закрывать кассу.
Он стоял напротив и нервно переминался с ноги на ногу, словно его что-то жгло. В руках сжимал несколько шоколадок и яркие чупа-чупсы — видимо, для ребёнка. Мужчина был какой-то дёрганый, взгляд бегал, но я не придала этому значения. Усталость брала своё.
— Добрый вечер, — автоматически сказала я и начала пробивать товар.
Пик. Пик. Пик.
Последним я взяла упаковку сырого мяса. Она была липкой и влажной. Мясо почти растаяло, и, едва я поднесла его к сканеру, на стекло кассы шлёпнулась тёмно-алая капля. Кровь растеклась некрасивым пятном.
— Чёрт! — выругалась я тихо, раздражённо цокнув языком.
Пришлось нагнуться под стойку и достать тряпку. Я вынырнула обратно, уже сжимая влажную ткань в руке, и замерла.
Мужчина наклонился к прилавку. Его язык медленно, с жадным наслаждением слизывал кровь с пластика. Он делал это так, словно пробовал редкий деликатес. Язык скользил по стеклу, оставляя влажный след, а мужчина причмокивал, жмурился и тихо, почти беззвучно урчал от удовольствия.
Тряпка безвольно повисла в моей руке. Я смотрела на эту картину и не могла пошевелиться. В голове — вакуум. Ни одной мысли. Только это мерзкое чмок-чмок-чмок.
Что он делает?..
Я хотела закричать, но голос пропал — словно кто-то сдавил горло.
— Эй! — наконец выдавила я, но голос прозвучал сипло и тихо. — Эй, вы… вы чего?
Он не обратил на меня никакого внимания. Даже головы не поднял. Продолжал слизывать кровь, водя языком по стеклу с нарастающей страстью.
Сумасшедший… Он сумасшедший! Нужно позвать на помощь!
Я судорожно оглянулась. В зале — ни души. Кассирши нет, покупателей нет. Охранник? Я вгляделась в угол — его стул был пуст. Опять! Опять он ушёл на перекур, именно сейчас, когда я одна с этим психом!
— Есть кто?! — крикнула я громче, но голос дрожал. — Ау!
Тишина. Только чавканье.
Мужчина слизывал кровь с таким упоением, что мне стало дурно. Его язык, тёмный от крови, мелькал в свете ламп, а сам он покачивался на пятках, словно в трансе. Я стояла, вцепившись в тряпку, и понимала, что здесь абсолютно одна. Бежать? Но куда? А если он… если он бросится?
Где этот чёртов охранник?!
Внутри всё сжалось от липкого, ледяного страха. А мужчина, причмокивая и довольно жмурясь, продолжал своё жуткое занятие, не обращая на меня ни малейшего внимания.
Он слизал последнюю каплю крови. Медленно, смакуя, провёл языком по стеклу, собирая остатки. А затем поднял голову.
