Подруга
Глава I
— Да, мам, поняла, на центральной проходной…хорошо…знаю…Слушай, я не девочка, мне уже тридцать пять…Что? Нетактично напоминать о твоём возрасте?! Так ты сама напросилась! Всё! Буду вовремя и по форме!…Всё!… Всё, до завтра, давай!
Отбросив трубку на покрывало, Вика шумно вскочила с кровати. Ловко попав ступнями в тапки, запахивая халат, — двинулась на кухню; включив свет и порывшись в холодильнике, на скорую руку организовала себе лёгкий и безвкусный диетический ужин.
В занывшей в области затылка голове роились мысли, вспыхивая колючими огоньками, подобно звёздочкам, зажигающимся в раме окна на темнеющем полотне летнего неба.
«Как досадно! После стольких лет полной независимости оказаться хоть чем-то обязанной маме. Завтра, по маминой протекции, она выходит к ней на работу. Хорошо хоть, не в её отдел…Нет, ну она же не просит и не берёт у неё деньги. Ещё чего не хватало! Никогда себе этого не позволит! И всё же… есть в этом что-то унизительное.Так. Всё. Не надо об этом думать. Не надо, и всё».
Перекочевав из кухни в комнату, Вика поставила на журнальный столик поднос с грушевидным стаканчиком армудом и френч-прессом, убрала верхний свет и зажгла торшер. Включив негромко любимую Аструд Жильберто, — завернулась в плед и устроилась полулёжа в любимом просторном кресле.
Отпивая маленькими глоточками терпкий горячий чай, Вика, под мурлыкание певицы и хрипотцу саксофона, попыталась расслабиться и обрести душевное равновесие. Однако, растревоженные мириады нейронов, возбуждая друг друга импульсами тончайших нервных окончаний, принялись разматывать эфемерные, но бережно хранимые, плёночки воспоминаний. На экране памяти засветились полуразмытые кадры.
Родительская квартира. Её комната. Обои с розовыми и голубыми шариками. Занавески с весёлыми утятами. Куклы на тумбочке: Настя, Полина. Любимая кукла Маша. Плюшевый слон Тимка. У кровати — круглый торшер из нежно-бежевого пластика, изготовленный папой собственноручно, дающий необыкновенно мягкий и тёплый свет, Письменный стол. На спинке стула — наглаженная школьная форма; коричневое платье и белый передник.
Отношения с матерью разладились, когда она перешла в девятый класс. Ворвавшиеся в её, до этого простую детскую жизнь, варёные джинсы, косметика, сигареты, вино, и, конечно же, мальчики, почему-то раздражили ничего не понимающую во всём этом маму. А привод в милицию — её, вместе с подружками-одноклассницами, Владкой и Алиной, угораздило распить бутылку сухого вина прямо под окнами кабинета директрисы — и последующий нагоняй на комсомольском собрании вылились в домашний скандал с криками, слезами и стенаниями. Дальше — пошло-поехало.
