Во дворце императора Византии Всеволода после полуночи наступало некоторое затишье. Если кто и пробирался по коридорам, старался не шуметь. Стража бдела только на внешних входах, внутренняя охрана бодрствовала исключительно у покоев венценосной семьи.
Север Северин первый командор Особого корпуса, младший. не объявленный пока наследник императора беспрепятственно прошел на верхний уровень, откуда вела лестница на крышу дворца. Он и раньше изредка сюда забирался, посмотреть на ночной Византий.
Огромный город никогда не спал. Полыхали кованные светильники в центре, по улицам и улочкам окраин тянулись цепочки факелов. Огоньки вспыхивали и пропадали, обозначая одиноких путников, которые припозднились с возвращением.
Византий внизу вздыхал и подмигивал. Где-то далеко за его пределами, за пределами метрополии шевелилась огромная империя, не имевшая даже четкой границы. В ней там и сям вспыхивали то бунты, то перевороты. На мелкие королевства, которые вечно соперничали между собой особо внимания никто не обращал. Другое дело, если начинал вызревать серьезный заговор. Его следовало вскрыть, как хирург вскрывает нарыв.
С набегом берберской конницы имперские гарнизоны так или иначе справились, но с Востока медленно и неотвратимо ползла дикая орда, а еще набухал кровавый гнойник в Хунгарии. Походом туда наравне с Всеволодом сейчас занимался Север.
Смерть Жиля де Ре потянула за собой цепочку событий, полностью изменившую его жизнь. В результате расследования выяснилось: его бывшая возлюбленная Эвридика ныне королева Сильвии Эмеральда стала во главе нового заговора. Многие умертвия по всей Европе – дело ее рук и новгородского варнака Твердислава. Дождись беглая царица Иллирии Бьянка Володари официального расследования и имперского суда, смогла бы разрубить этот узел. Но она исчезла с одной стороны усугубив положение Европы, с другой – как бы цинично оно ни звучало – развязав руки Северу.
Отец не раз пытался отговорить его от похода в Хунгарию, без него найдется кому возглавить императорское войско. Младший наследник уперся.
- Мой долг – разорить разбойничье гнездо.
- Долг перед кем? Перед Жилем? – тихо спросил Всеволод.
- Да хотя бы!
А еще перед собой, - думал Север, - чтобы добраться до убийцы матери, чтобы ушел наконец детский ужас, заставлявший просыпаться в холодном поту.
Была еще одна причина, в которой он не хотел себе поначалу признаваться. Север, несмотря на необходимость выполнять приказы, всегда чувствовал себя свободным. Он был сам по себе, принимал решения на собственном уровне, готовый отстаивать свою правоту, либо, если такое случалось, признавать обратное. Он был отдельной самостоятельной единицей.
