– Этот лес давно покрылся миазмами порока, лжи и ненависти, – мрачно произнёс заяц, жуя небольшую тростинку. – Я не удивлён, что столь дерзкое преступление произошло именно здесь.
– Ба, Косой, хорош уже, – тявкнул на него лохматый пёс, неопределённой породы. – У меня от твоей меланхолии хвост совсем облысел. И в доказательство своих слов он повернулся к товарищу задом.
Заяц погонял во рту тростинку, придирчиво изучил протянутый хвост, больше похожий на грязный веник, и неожиданно выдернул оттуда клок шерсти.
– Ай! – взвизгнул пёс. – Ты чего, с ума сошёл?
– Не переживай, там ещё много, – успокоил его Косой. – Кажется, пришли.
Деревья расступились, открывая взору необычной парочки низину, заполненную густыми сливками утреннего тумана. Там, среди холода и сырости, проступали крыши домов, напоминающие остроконечные шлемы богатырей. Казалось, что витязи, прижимаясь спинами друг к другу, заняли круговую оборону, дабы с достоинством встретить противника, но бесплотные змеи игнорировали их вызов. Они проникали повсюду, пряча под своими молочными отростками дорогу, плетень, огороды. Лишь крепкие стены изб были надёжной защитой для местных жителей.
Однако никакие капризы природы не могли отвлечь деревенский народ от работы – летний день всю зиму кормит. Первыми на пути к домам встретилась отара овец. Из тумана выплыл кучерявый баран и направился в сторону вышедших из леса путников.
– Приветствую вас чужестранцы, – проблеял он. – Я Винторог, здешний пастух. А вы, верно, из сыскной дружины будете?
– Надо же, какой проницательный баран, – буркнул Косой.
– Не обращайте внимание на моего товарища, – вмешался пёс, – мы всю ночь провели в пути, торопились быстрее помочь вам с расследованием. Меня зовут Серый, а это Косой.
Пёс замолчал, ожидая вопросов, однако баран степенно смотрел куда-то сквозь дружинников, словно они были камнем или деревом. Серый на всякий случай оглянулся, но там никого не оказалось. Косой ехидно хихикнул и обратился к Винторогу:
– Товарищ ба… кхм, товарищ пастух, что вы можете сказать о произошедшем в вашей деревне преступлении?
– Ну дык, ясное дело, куры виноваты, – уверенно заявил баран.
