«Пепельная память» — самостоятельный роман о цене власти и о том, можно ли распорядиться собственной утратой так, чтобы она не стала оправданием для эксплуатации других.
Островной союз Лиор, его история, магия, законы, организации и персонажи полностью вымышлены. Магия памяти служит художественным механизмом и не описывает реальных психологических или медицинских методов.
В книге есть темы утраты близких, принудительного лишения памяти, политического насилия и последствий катастроф. Эти события показаны без натуралистических подробностей. Рекомендуемый возрастной рейтинг — 16+.
После смерти правительницы корону принесли в Палату памяти до рассвета.
Четверо стражников держали носилки так ровно, словно под тёмной тканью лежало тело. На самом деле там покоилась вещь легче зимней шали: семь прозрачных дуг, соединённых серебряными петлями. Но каждый в Элларе знал, сколько человеческой жизни помещается в этой лёгкости.
Элина Вард встретила процессию у внутренней двери. На ней был серый халат хранителя без траурной ленты. В Палате скорбь не давала дополнительных прав.
— Время снятия? — спросила она.
Старший стражник протянул табличку.
— Третий колокол и одиннадцать ударов.
— Кто присутствовал?
— Регент, лекарь, двое камеристок. И мы.
— Печать спальни?
Стражник показал восковой слепок. Печать была целой, если не считать тонкой царапины у края. Элина не стала решать, появилась ли она при снятии. Записала: «повреждение, происхождение не установлено».
За её спиной младший хранитель Роан переступил с ноги на ногу. До церемонии избрания оставалось два дня. Любая задержка сейчас стоила Палате больше, чем обычная ошибка, а значит, ошибки становились особенно вероятны.
— Переносили без остановок? — спросила Элина.
— На северной лестнице уступили дорогу лекарю.
— Сколько времени?
— Меньше минуты.
— Внесите остановку.
Стражник нахмурился, но добавил строку. Элина поставила подпись только после него. Потом открыла внутреннюю дверь.
Зал приёма не имел окон. Стены покрывали молочно-белые пластины, в которых чужие воспоминания не отражались. В центре стоял каменный стол с канавкой по краю. Если корона принимала жертву без разрешения, пепел не должен был покинуть стол вместе с одеждой или дыханием свидетеля.
Носилки опустили. Стражники отошли за черту. Элина проверила их имена по табличке и только тогда сняла ткань.
Корона Межи выглядела пустой.
Так полагалось после смерти носителя. Воспоминания Сайры Энн были запечатаны в отдельных стеклянных сотах, перечислены в реестре и переданы Палате ещё при её жизни. Последняя жертва — летний день на западной косе — должна была лежать светлой полосой у центральной петли. Элина увидела её сразу: мягкий золотой порошок, отзывавшийся запахом нагретой травы.
